Учитывая, что в первой половине июня экспорт российского газа опережал соответствующий показатель прошлого года на 4,1%, а накопленным итогом с начала 2018 г. в дальнее зарубежье было поставлено 93,6 млрд куб. м, сценарий, в котором «Газпром» не достигает планки в 100 млрд куб. м к концу месяца, представляется исключительно маловероятным, считает директор отдела корпораций Fitch Дмитрий Маринченко.
Спрос на российский газ летом традиционно подталкивает необходимость восполнения запасов в европейских газовых хранилищах. На конец марта их общая заполненность составляла всего 18% – минимальное значение за последние 10 лет. В некоторых странах резервы газа к концу зимы составляли всего 2%, подчеркивается в материалах европейской ассоциации Gaz Infrastructure Europe (GIE). «Ведомости» ознакомились с презентацией. По состоянию на 1 июня заполненность хранилищ отставала от графика прошлого года на 2,5% и составляла около 38%, подчеркивает GIE.
Удобное географическое расположение позволяет Европе диверсифицировать портфель импортируемого газа в том числе за счет покупки сжиженного природного газа (СПГ). Но относительно низкая цена российского газа и премия по поставкам СПГ на азиатский рынок играют в пользу «Газпрома». В абсолютных значениях экспорт «Газпрома» с 2015 по 2017 г. вырос на 35,8 млрд куб. м в год, а поставки СПГ – только на 8,2 млрд куб. м. При этом в общем объеме европейского импорта доля СПГ за тот же период снизилась с 25,14 до 15,4%.
Текущая ситуация на мировом рынке потенциально создает для «Газпрома» возможность еще больше нарастить долю на европейском рынке, предполагают эксперты.
Индекс цен на СПГ для Азиатско-Тихоокеанского региона (JKM), рассчитываемый S&P Global Platts, в июне достиг максимальных летних значений за последние годы и вплотную приблизился к зимним. Это не предел, допускает главный аналитик по рынкам СПГ S&P Global Platts Франк Конерц. 15 июня в качестве ответных мер на действия администрации президента США Дональда Трампа, которая ввела пошлины на ряд товаров из Китая, Китай объявил о возможном увеличении на 25% пошлин на энергоресурсы из США. СПГ в списке отсутствует, подчеркивает Конерц, но, если увеличение пошлин приведет к росту цен на нефть марки Brent, это, вероятно, может еще выше поднять цены на СПГ в регионе. «Поставки СПГ в Азию станут более выгодными для производителей, – указывает Конерц. – При менее выраженном влиянии Brent на европейские хабы мы ожидаем снижения поставок СПГ в Европу».
Высокие премии могут привести к увеличению перетока сжиженного газа с европейского рынка в Азию, подчеркивает он. Дополнительной поддержкой высоких цен может стать рост спроса на СПГ в Китае. Аналитики S&P Global Platts ожидают, что ежесуточный импорт СПГ в Китай этой зимой вырастет до 222 млн куб. м (195 млн куб. м зимой 2017–2018 гг.).
Торговые войны ничем хорошим не заканчиваются, их главная опасность – непредсказуемость причинно-следственных связей, соглашается Маринченко. «Китай пытается ускорить процесс перехода на газ – именно поэтому американский СПГ не попал в список американских товаров, которые теперь попадают под пошлины, в отличие от нефти и угля, – говорит Маринченко. – Это означает, что рост потребления газа Китаем, скорее всего, ускорится. Что льет воду на мельницу «Газпрома». Вероятность перепроизводства СПГ в 2019–2020 гг. в мире, которого участники рынка ожидали еще совсем недавно, становится еще более призрачной. Напротив, появляется угроза дефицита – что может толкнуть спотовые цены на газ вверх, в том числе и в Европе, предполагает аналитик.
Рост цен на газ, скорее всего, позволит «Газпрому» существенно увеличить прибыль. В 2017 г. EBITDA компании составила около $25 млрд. При росте средних цен на российский газ в Европе с $200 до $250 за 1000 куб. м EBITDA «Газпрома» может вырасти примерно на $6–8 млрд, посчитал Маринченко. «Если в результате торговых войн Китай действительно сократит импорт нефти и нарастит потребление газа, спотовые цены в Европе как минимум останутся выше $250 за 1000 куб. м, а могут и продолжить свой рост. При этом премиальность азиатского рынка сохранится – большинство поставок с новых американских заводов будет уходить именно туда, а не в Европу, которая останется вотчиной «Газпрома», – резюмирует Маринченко.
