Дмитрий Захарченко намерен вернуть себе конфискованные миллиарды

Бывший полковник МВД Дмитрий Захарченко, его родственники и знакомые добиваются пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам дела о конфискации имущества, стоимость которого превысила 9 млрд руб. Заявления об этом поданы в Никулинский суд Москвы, о чем «Ведомостям» рассказала адвокат Валерия Туникова, представляющая заявителей в суде. По данным пресс-службы суда, рассмотрение назначено на 19 февраля.

Адвокаты просят пересмотреть дело по вновь открывшимся обстоятельствам. Пресненский суд не подтвердил фактов получения Захарченко взятки: фактически тот был осужден за воспрепятствование правосудию и получение имущественной выгоды от скидки в ресторане. Но доказательства того, что Захарченко являлся владельцем спорного имущества, основаны именно на материалах уголовного дела, подчеркивается в жалобе. Именно на эти материалы ссылался суд, когда делал вывод о том, что Захарченко долго скрывал от службы и общества свои незаконные доходы. К заявлению также приложено заключение по делу за подписью экс-председателя Совета по правам человека при президенте Михаила Федотова, в котором отмечено, что с учетом принципа презумпции невиновности предъявление исков о конфискации незаконно приобретенного имущества к лицам, приговор в отношении которых не вступил в силу, а дело о приобретении имущества еще расследуется, «неправомерно и преждевременно».

Заявители ссылаются также на определение Конституционного суда (КС), который в ноябре 2019 г. отказался проверять норму антикоррупционного законодательства, позволившую конфисковать имущество не только самого Захарченко, но и его знакомых и членов семьи. При этом КС сослался на ранее сформулированную по аналогичному делу позицию, которая сводится к тому, что конфискация денег возможна лишь при условии доказанности их происхождения от реализации конкретного имущества, закрытый перечень которого установлен антикоррупционным законодательством. В этом перечне, в частности, отсутствуют драгметаллы и деньги, напоминают заявители. Полковник ГУЭБ Захарченко был задержан в 2016 г. по обвинению во взятке, а во время обыска в квартире его сестры обнаружили наличные на сумму 9 млрд руб. В декабре 2017 г. суд постановил изъять у семьи Захарченко в доход государства деньги, 27 объектов недвижимости, четыре автомобиля и золотой слиток. Происхождение 9 млрд руб. полковник не смог объяснить. Он настаивал, что из этих денег ему принадлежит только 93 000 руб., остальное – родственникам и знакомым. Пресс-служба Генпрокуратуры, подавшей иск об изъятии имущества Захарченко, не ответила на вопросы «Ведомостей».

На самом деле тот факт, что доказать взятку не удалось, еще не означает дисквалификации доказательств, даже если они основаны на материалах уголовного дела, ведь суд не признал их недопустимыми. И с этой точки зрения позиция Захарченко выглядит не слишком убедительно, предупреждает юрист «Трансперенси интернешнл – Р» Григорий Машанов. С другой стороны, само решение об обращении в доход государства имущества было очень спорным, добавляет эксперт: антикоррупционный закон предполагает контроль только за чиновником и ближайшими членами его семьи. В данном случае имущество было изъято у третьих лиц после того, как их объявили номинальными владельцами, хотя закон не предусматривает понятия «номинальный держатель». На самом деле это пробел в законе – и прокуроры уже научились им пользоваться: практика изъятия имущества у аффилированных третьих лиц уже достаточно широко распространена, констатирует Машанов.

Никулинский суд не обосновывал свое решение ссылкой на приговор, поэтому оснований для его пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам тут, наверное, нет, согласен адвокат Алексей Мельников. Однако само по себе это дело остается показательным в том смысле, что демонстрирует приоритет цели над законностью методов ее достижения, а это очень опасно. «В течение последних 10 лет мы наблюдаем попытки все расширяющегося наступления на конституционный принцип неприкосновенности права собственности – изъятие земли для нужд олимпийских строек, реновация, изъятие имущества ФСО для нужд безопасности и т. д.», – отмечает эксперт. Изъятие имущества у родственников и знакомых коррумпированных чиновников – звено той же цепи. Следователи не хотят утруждать себя выстраиванием сложной цепочки доказательств и придумали, что изымать имущество можно только по факту наличия неких отношений с коррупционером. Но неправовые способы приведут к перекосу всей системы: завтра это будут уже десятки и сотни дел, от которых пострадают вполне добросовестные собственники.