Для коррупционеров из ЦСКА сроки запросили, как для террористов

Как стало известно “Ъ”, в Москве финишировал громкий процесс по уголовному делу о предполагаемой коррупции в ЦСКА. Для бывшего руководителя армейского спортклуба и главного управления по работе с личным составом вооруженных сил Минобороны Михаила Барышева, обвиняемого во взяточничестве и других преступлениях, прокуратура запросила срок, на которые обычно сажают террористов, убийц и шпионов,— 17 лет строгого режима. Из остальных фигурантов легко отделаться могут разве что бывшие заместители полковника Барышева, активно сотрудничавшие со следствием. Защита, в свою очередь, просит отправить дело на новое расследование.

Уголовное дело рассматривалось в Московском гарнизонном военном суде с начала 2021 года, а до этого его фигуранты провели по полтора-два года под стражей в период следствия и ознакомления с материалами. На днях председательствующий на процессе Максим Иванов объявил о завершении судебного следствия и переходе к прениям сторон.

В ходе них военная прокуратура объявила, что в процессе разбирательства вина фигурантов была полностью доказана по всем пунктам. Полковника Барышева прокуратура потребовала признать виновным в получении четырех взяток в особо крупном размере (ч. 6 ст. 290 УК), мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК), превышении должностных полномочиями (ч. 3 ст. 286 УК) и попытке побега (ст. 30 и ст. 313 УК).

По совокупности преступлений для господина Барышева запросили 17 лет строгого режима, штраф в 30 млн руб., а также запрет в течение семи лет после отсидки на занятие руководящих должностей на государственной и муниципальной службах.

Кроме того, он должен быть лишен звания полковника, орденов Почета и Дружбы и возместить ущерб, оцениваемый в 22 млн 271 тыс. 790 руб.

Для заместителей господина Барышева по ЦСКА Юрия Муханова и Андрея Хамазина, выступавших, по версии обвинения, посредниками в получении взяток (ст. 291 УК), а также участвовавших в мошенничестве и должностном преступлении, запросили три с половиной года и четыре года заключения соответственно, штрафы в размере 200 тыс. руб. и запрет на занятие должностей в два и три года.

Помощник господина Барышева Максим Лабунцов и начальник отдела ЦСКА Олег Ампилогов, считает обвинение, должны быть осуждены на 14 и 9 лет за посредничество во взятках и выплатить штрафы в размере 30 млн и 20 млн руб. Господина Лабунцова предложено также лишить лейтенантского звания.

Дмитрий Ларченков, руководивший ЦСКА после ухода полковника Барышева в главное управление по работе с личным составом вооруженных сил Минобороны, может быть осужден на восемь лет «строгача» за получение взятки и по ст. 286 УК. Его также предложено оштрафовать на 3,2 млн руб., лишить звания полковника запаса и госнаграды — медали Суворова. Кроме того, обвиняемый вместе с полковником Барышевым должен возместить ущерб на 1,6 млн руб.

Наконец, последнему подсудимому, бенефициару транспортной компании «Пять семерок» Алексею Князеву, по обвинению в мошенничестве грозит шестилетний срок и штраф в 600 тыс. руб.

По версии военного следственного управления (ВСУ) СКР по Москве, Михаил Барышев и Дмитрий Ларченков получали взятки через посредников от предпринимателей, поставлявших товары и услуги в рамках подготовки к III зимним Всемирным военным играм в Сочи в феврале 2017 года. Отметим, что на подготовку игр бюджетные средства не выделялись, и господин Барышев был вынужден искать их сам. По версии же следствия, экс-директор ЦСКА и его подчиненные получили 7 млн, 10 млн и 6,6 млн руб. от представителей компаний RedSys, «Форвард» и «Пять семерок», которым было предоставлено право обеспечить игры жидкокристаллическими мониторами, спортивной экипировкой и транспортом. Затем руководство «Форварда» заплатило через посредника еще 1,6 млн руб. за дополнительный заказ формы. Обвинения в даче взяток предъявлялись и руководителям компаний, в том числе господину Князеву, но их уголовное преследование было прекращено в связи с деятельным раскаянием. Они дали показания о том, как и за что платили армейцам. Впрочем, господину Князеву вменили в вину мошенничество — его компания осуществляла транспортное обслуживание участников военных игр и в последний момент была привлечена и для перевозки зрителей. За данную услугу должен был рассчитаться внебюджетный фонд «Спортивные инициативы ЦСКА», который курировал господин Барышев. Нужную сумму, 4 млн руб., фонд смог выделить только через несколько лет, а получатель денег за нее, по версии следствия, еще «откатил» часть суммы заместителям начальника ЦСКА якобы для него самого. В итоге господам Князеву и Барышеву инкриминировали мошенничество.

Позже в деле появилось злоупотребление должностными полномочиями при распределении премий. Наконец, попыткой побега следствие сочло акцию, которую офицер Барышев провел, протестуя против того, что его заявлениям следствие не дает ход. В заявлениях же говорилось о коррупции различных начальников самого военного следствия, спонсором которых был вынужден выступать ЦСКА.

По данным источников “Ъ”, защита большинства подсудимых настаивала на их оправдании за отсутствием события преступления или возвращении дела на новое расследование.

При этом адвокаты отмечали, что обвинение построено не на доказательствах, а на показаниях ряда фигурантов, которые сотрудничали со следствием. Одним из них является господин Хамазин, первым попавший под следствие. Изначально считалось, что именно он выступал конечным получателем откатов, однако подследственный, с которым в прокуратуре заключили досудебное соглашение о сотрудничестве, дал показания на руководство ЦСКА. Впоследствии сделку расторгли, поэтому господина Хамазина судили вместе с остальными фигурантами.

Между тем, по материалам дела, именно господин Хамазин выступал инициатором сделок, которые следствие сочло коррупционными, получал товары и деньги. Так, например, в эпизоде с «Форвард» 1 млн руб., выделенный компанией, был направлен в Фонд Светланы Хоркиной, на 3 млн руб. поставлена форма для участников армейских игр, а еще 6 млн забрал замначальника ЦСКА, утверждавший, что через посредников отправил деньги наверх.

При этом никаких внушительных активов у Михаила Барышева не нашли. Из изъятого можно выделить лишь 300 тыс. руб., хранившиеся у него дома, и еще 100 тыс. на банковском счете, что не идет ни в какое сравнение с тем, что сейчас находят у фигурантов коррупционных уголовных дел из военного ведомства.

Приговор по громкому делу судья планирует огласить в конце июля. Почему он взял столь длительную паузу, неясно.