Детский гарем напрокат

Обыск в трехэтажном особняке в Касимово Всеволожского района Ленобласти стал своего рода последним обследованием условий жизни шести мальчиков. За несколько лет их всех взял под опеку 55-летний петербургский бизнесмен Томашевич. Сегодня, 8 июня, детей допрашивают. Нормальный предпочел бы обвинение в ограблении банка тому, в чем подозревают главу однополого семейства.

Понятно, что подобный контроль над детьми возложен на отделы опеки и попечительства, созданные при каждом муниципалитете. Но, судя по появившемуся 7 июня в Следственном управлении СК по Ленобласти уголовному делу с квалификацией «Насильственные действия сексуального характера в отношении лиц, не достигших 14-летнего возраста», проверки гражданских властей были поверхностными. Если были вообще.

Сегодня «резонансный» отдел Управления уголовного розыска полицейского главка уверен, что Георгий Томашевич, владелец нескольких фирм, занимающихся производством бетона и стройкой, опекает мальчиков из детских домов Петербурга и разных регионов России вовсе не из гуманистических соображений. По версии следователя, причина в его гомосексуальной страсти. Наверняка в материалах есть непечатные подробности. «Фонтанка» же может упомянуть, что мальчики ходили по загородному коттеджу голые вместе с обнаженным бизнесменом и порой спали с владельцем в одной кровати.

Когда следствие, как это принято говорить, закрепится в конкретном обвинении, начнется неприятная для органов опеки процедура. Это повод напомнить, как прописан алгоритм на бумаге и как он работает на практике.

К письменному заявлению о желании взять ребенка под опеку прилагаются справка о состоянии здоровья, которое должно быть едва ли не крепче, чем у призывников, и ответ из МВД об отсутствии судимости по любым категориям преступлений.

Заявления подаются в отдел опеки и попечительства (ООП), созданный при каждом муниципалитете.

ООП после выезда в адрес составляет акт обследования жилищных условий. Проверяется квартира, в которой зарегистрирован кандидат и где будут зарегистрированы дети. Интересоваться адресом фактического проживания чиновники не обязаны.

Все члены семьи старше 10 лет, в том числе и ранее взятые под опеку, должны дать письменное согласие на нового ребенка.

ООП после сбора документов пишет свое заключение и дает на подпись главе муниципалитета. На практике, это формальная процедура, к фактическому принятию решений глава не имеет отношения. Есть две фигуры, от которых зависит выдача ребенка, – директор детского учреждения (а это детдом, социальный или медицинский центр) и сотрудник органа опеки.

Подчеркнем: опека – это удел не федерального масштаба и даже не городского. К тому же опека занимается и неблагополучными семьями, и инвалидами, и пенсионерами.

Что касается подозреваемого Томашевича, то со здоровьем у него все в порядке, а под следствием и судом он никогда не был. Супруги и детей у него нет. Ясно, что интерес кандидата к детям только одного пола не может не вызывать у опеки подозрения, но она вправе никак не реагировать. Это не нарушение.

Разумеется, он как все, кто берет детей, окончил школу приемных родителей, опекунов и усыновителей, находящуюся на Московском проспекте и где штатный психолог сделал по нему свое положительное заключение.

Также сотрудникам ООПов рекомендуют с пристрастием относиться к возрастным и одиноким. Возраст объясняется боязнью государства, что кандидат может не успеть взрастить опекаемого. А холостой образ жизни наводит на мысль, что ребенок не получит семью в классическом ее понимании. Но в этих пунктах нет сексуальной подоплеки.

По данным «Фонтанки», бизнесмен Томашевич зарегистрирован на Придорожной аллее в Выборгском районе Петербурга. У него 16-метровая комната в «трешке». Вот туда он и вписал шестерых опекаемых. Все мальчики в возрасте от восьми до 15 лет.

По правилам, у ребенка должны быть отдельная кровать, место для игрушек и ящик для личных вещей. Кровать опекуна от кроватей опекаемых должна располагаться на расстоянии 80 сантиметров. Кроме того, в первые два года чиновники должны раз в три месяца посещать семью и разговаривать с опекаемыми. Далее частота этих бесед сокращается до раза в полгода. Другое дело, что Томашевич и дети не ютились.

У крепкого предпринимателя в Касимово, что в 43 км от Петербурга, стоит трехэтажный дом. Большой участок, несколько построек, гостевой дом. Километровый забор выше человеческого роста. За ним хозяйство – куры, утки, кролики, коровы, овцы. Есть и козел. За этим дети и приглядывают.

Ходят в школу. Ничего дурного, если бы «Фонтанка» не узнала, что в деле есть упоминания о систематических побоях за провинности. В таком разрезе к подозрению в сексуальных домогательствах, что тянет за собой древний термин – гарем, добавляется еще и забытый смысл слова – батрак.

Кстати, младшему ребенку восемь лет. Он, например, родился в Волгограде. Был взят под опеку летом 2015-го. Тогда же Томашевич оформил еще одного иногороднего – десятилетнего мальчика с хутора из Ростовской области.

Согласно закону, опекун ежемесячно получает в среднем 10 тысяч рублей за ребенка. Еще ему положена компенсация за жилищно-коммунальные услуги. Так, с января по май они превысили 12 тысяч в месяц. Также государство оплачивает учебники, форму, транспортные расходы. Другое дело, что вряд ли это серьезное подспорье данному коммерсанту, имеющему дорогие иномарки, современный грузовой транспорт, компании, ферму и миллионные доходы.

Конкретный государственный надзор за Томашевичем осуществляет отдел опеки муниципалитета "15-й округ" Выборгского района Петербурга. Структурно и функционально он не отличается от других. Работают в отделе трое –  руководитель, главный специалист и ведущий специалист. Несмотря на численную скромность, в распоряжение ООП отдана почти треть муниципального бюджета. Причем деньги эти городские и выделяются в качестве пособий. 2,6 млн – на деятельность по опеке и попечительству и 14,6 млн – на содержание опекаемых в семьях и вознаграждение приемному родителю. Но отчетность развернула показатели так, что те, кто берут не по одному ребенку, становятся находкой.

По федеральному законодательству одно и то же лицо, как правило, может быть опекуном или попечителем только одного гражданина. По двое-трое оформляют обычно только сестер и братьев. Вероятно, в отношении Томашевича от этого правила легко отошли из-за очевидных взаимных интересов. Отдел опеки оценивают по количеству подысканных кандидатов в опекуны. Даже если гражданин сам явился в ООП, что чаще всего и бывает, он все равно идет в зачет чиновнику.

– Если бы нам пришлось изучать документы того бизнесмена, о котором вы говорите, то формально сложно что-либо ему сказать в глаза, но внутренне напряжение должно было сыграть свою роль, – прокомментировал «Фонтанке» собеседник в произвольно выбранном нами отделе опеки одного из районов города.

Надо отметить и то, что непосредственно в детских домах не изучают личность человека, забирающего ребенка. Могут поинтересоваться, но не более.

Что касается публичной информации, то ООП 15-го округа отчетами о проделанной работе жителей не балует. Последний на официальном сайте муниципалитета датирован 2012-м. Тогда на учете состояли 87 опекаемых. За год были устроены 14 детей. Отказов в передаче в семьи не было.

По данным «Фонтанки», Следственный комитет собирается выходить на арест подозреваемого. Согласие или отказ в этом зависит теперь от судьи Всеволожского района.