Деньги за границу качали через чиновника Минэнерго

Как стало известно “Ъ”, от 7,5 до 14 лет лишения свободы запросил гособвинитель в ходе прений в Замоскворецком райсуде Москвы для пятерых фигурантов дела об организованном преступном сообществе (ОПС). Всем им, включая предполагаемого организатора, экс-чиновника Минэнерго, а впоследствии бизнесмена Андрея Жученко, вменяются в вину несколько эпизодов мошенничества и вывод денежных средств за рубеж по подложным документам. Примечательно, что одним из потерпевших по этому делу является бывший офицер ВДВ Константин Мирзаянц, которого суд дважды оправдал по делу об убийстве журналиста Дмитрия Холодова.

Уголовное дело в отношении бизнесменов Федора Запорожца, Вадима Гомонова, Андрея Жученко, Андрея Прозорова и Александра Лейкера Замоскворецкий райсуд начал рассматривать в марте прошлого года. Все фигуранты обвиняются в организации преступного сообщества или участии в нем и совершении валютных операций по переводу денежных средств на счета нерезидентов с использованием подложных документов (ч. 1 и ч. 2 ст. 210 и ст. 193.1 УК РФ). А последние трое еще и в особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ).

Во время состоявшихся на днях прений гособвинитель, заявив, что вина подсудимых полностью доказана, попросил для них от 7,5 до 14 лет колонии. Максимального наказания, по мнению прокурора, заслуживает предполагаемый организатор преступлений Андрей Жученко.

В своем последнем слове тот заявил, что своей вины не признает и никаких доказательств его причастности к инкриминируемым ему деяниям суду не представлено.

Расследование этого уголовного дела еще в 2015 году начинало управление СКР по Ставропольскому краю. Тогда в местном отделении Сбербанка были выявлены подозрительные трансакции с участием ООО «Промоборудование», завершавшиеся выводом денег за рубеж. В итоге на счете фирмы заморозили почти 386 млн руб., а следствие стало разбираться с движением средств. Из обнаруженных документов следовало, что компания по договоренности с клиентами занимается поиском и приобретением для них недвижимости в Турции. Впрочем, эту версию правоохранители сочли лишь прикрытием для вывода из страны денег. Тем не менее тогда дальше допросов Андрея Прозорова и Александра Лейкера, приезжавших в Ставрополь от имени «Промоборудования» с целью попытаться разморозить счет, дело не пошло. Оба пояснили, что их специально для этого нанял учредитель ООО, а больше они ничего не знают.

Примерно в то же время в эту историю оказался вовлечен и признанный впоследствии потерпевшим 55-летний Константин Мирзаянц. Имя бывшего заместителя командира спецотряда 45-го полка (сейчас отдельная спецбригада) ВДВ стало широко известно в связи с расследованием убийства журналиста Дмитрия Холодова. По версии следствия, якобы именно господин Мирзаянц передал спецкору «Московского комсомольца» жетон от камеры хранения на Казанском вокзале, где тот и получил начиненный взрывчаткой кейс. Однако Московский окружной военный суд дважды оправдал подсудимого Мирзаянца. Впоследствии военная коллегия Верховного суда России оставила это решение в силе.

По данным “Ъ”, именно к Константину Мирзаянцу (после выхода в отставку занимался бизнесом) за помощью в разблокировке счета в ставропольском банке изначально и обратился Андрей Жученко, которому якобы и было подконтрольно ООО «Промоборудование». Как впоследствии утверждал во время допросов обвиняемый Жученко, узнав, сколько там денег и вообще какими суммами оперирует компания, господин Мирзаянц с помощью угроз вынудил его написать долговую расписку. В конце 2016 года, во время процедуры банкротства господина Жученко, Константин Мирзаянц представил ее в арбитраж, требуя взыскать с оппонента в общей сложности более 1,5 млрд руб. Однако суд ему в этом отказал, поскольку истец «не представил доказательств того, что его финансовое положение (с учетом его доходов) позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства единовременно, наличными».

А в 2017 году уголовное дело из Ставрополья неожиданно перекочевало в ГСУ СКР по Московской области, куда проигравший в арбитраже Константин Мирзаянц обратился с заявлением о совершенном в отношении него мошенничестве со стороны Андрея Жученко, Андрея Прозорова и Александра Лейкера.

Из материалов дела следует, что находившиеся на счете ООО «Промоборудование» 386 млн руб. принадлежат именно господину Мирзаянцу. Кстати, сам он за полтора года, которые идет этот процесс, в суде ни разу не появился, а его показания, данные во время следствия, по словам защиты обвиняемых, были оглашены лишь выборочно. Сейчас господин Мирзаянц, как говорят его знакомые, якобы находится в зоне СВО.

Андрей Жученко и остальные фигуранты, которые, по версии следствия, входили в созданное им ОПС, были задержаны в 2018 году, а впоследствии отправлены в СИЗО. Сейчас под арестом остаются только обвиняемые Жученко и бывший спецназовец, ветеран чеченской войны Федор Запорожец, чье ООО «Гевар групп» занималось регистрацией компаний, через которые в Турцию из России выводились деньги.

Между тем уже ближе к окончанию расследования Андрею Жученко вменили в вину еще два эпизода мошенничества, которые никакого отношения к основному делу не имели.

Несколько досудебщиков дали показания о его причастности к двум аферам в обменных пунктах в 2016 и 2017 годах. По версии следствия, в первом случае некая дама в сопровождении китайцев с рынка «Садовод» принесла в обменник на улице Бахрушина порядка 32 млн руб., чтобы купить $500 тыс. Получив деньги, кассир исчез с ними через черный ход. Аналогичным образом были обмануты и некие дагестанцы, также решившие приобрести $500 тыс., но в обменнике на Садовой-Самотечной. В обоих случаях в деле фигурируют свидетельские показания о том, что об аренде помещений для обменных пунктов, где были совершены преступления, приезжал договариваться якобы именно Андрей Жученко.

«В деле я не вижу никаких реальных доказательств виновности моего подзащитного,— заявил “Ъ” адвокат господина Жученко Денис Ромашов.— А версия об ОПС вообще не выдерживает никакой критики. Из материалов дела следует, что оно было создано в 2006 году, чтобы совершать преступления в 2015 году. О качестве проведенного расследования может свидетельствовать и тот факт, что в суде была допрошена лишь пятая часть свидетелей стороны обвинения. После того, как многие из них заявили об оказанном на них со стороны следствия давлении, остальных — почти 150 человек — прокурор просто не стал вызывать в суд».