Через тернии в суд

30 мая Черемушкинский суд Москвы приступил к рассмотрению по существу уголовного дела о хищении средств топ-менеджментом компании «Роснано». Бывший глава правления Леонид Меламед и бывший финдиректор корпорации Святослав Понуров отказались признавать свою вину в деле о растрате 220 с лишним миллионов госбюджетных рублей. В Следственном комитете убеждены, что оба топ-менеджера напрямую причастны к выводу денег через фальшивый госконтракт, заключенный с аффилированной с Меламедом фирмой.

Присвоение и/или растрата в особо крупном размере, в чем обвиняются Леонид Меламед и Святослав Понуров, – это ч.4 ст. 160 УК РФ. Как поясняет следствие, в 2007-2009 годах компания «Роснано», председателем правления которой являлся Леонид Меламед, заключила ряд контрактов на общую сумму 220 миллионов рублей с инвестиционно-финансовой корпорацией «Алемар», в которой Меламед же являлся одним из совладельцев. Согласно договорам, ИФК «Алемар» оказывала «Роснано» некие консультационные услуги. При этом, по мнению Следкома, ИФК «Алемар», как компания-подрядчик, не выполнила заявленных работ, а переоформленные инвестиционные проекты, разработанные сотрудниками корпорации, представила с нарушением сроков. Консультации, мягко говоря, вышли дорогостоящие: примерно за шесть месяцев финансовый директор «Роснано»

Святослав Понуров и заместитель главы правления Андрей Малышев вывели выделенные из бюджета деньги на сторону – как считает следствие, в пользу собравшегося уходить из «Роснано» Леонида Меламеда.

«Меламед создал все условия, чтобы бюджетные средства были перечислены в подконтрольную ему фирму, обеспечив себе таким образом так называемый золотой парашют при увольнении». Владимир Маркин, официальный представитель СКР.

Под следствием Меламед и Понуров оказались лишь после того, как проведенная в 2013 году проверка Счетной палаты выявила в деятельности «Роснано» массу нарушений. Итоги проверки легли в основу четырех уголовных дел: о мошенничестве, злоупотреблении полномочиями и т.д. К расследованию вплотную приступили только в 2015 году. Упущенное следствием время позволило Андрею Малышеву и еще ряду топ-менеджеров ГК благополучно покинуть Россию, избежав уголовного преследования. Малышев, выехавший, предположительно, в Великобританию (как сообщалось, для прохождения лечения после операции на сердце), был объявлен в розыск и арестован заочно.

«Отчет Счетной палаты грамотно составлен, это очень хорошая доказательная база. Есть разные степени неэффективного использования, расхищения бюджетных средств – бывает 10%, бывает 20%. В случае с «Роснано» это близко к 100%». Депутат Госдумы РФ Оксана Дмитриева, одна из инициаторов проверки «Роснано».

Меламед все время, пока шло следствие, находился под домашним арестом в квартире на Ленинском проспекте в Москве, а затем в усадьбе в Сосновом бору (с правом на две прогулки в день), а Понуров был взят под стражу и помещен в СИЗО. Адвокаты Леонида Меламеда просили выпустить его под подписку о невыезде, однако суд, как и Следственный комитет, посчитал, что топ-менеджер может воспользоваться моментом и скрыться от следствия. В итоге предельный срок меры пресечения истек весной 2017-го – топ-менеджеров выпустили на свободу фактически накануне утверждения обвинительного заключения. Ненадолго: после начала судебного процесса и Леонида Меламеда, и Святослава Понурова вновь поместили под домашний арест.

Обвиненный в растрате Леонид Меламед предложил следствию компенсировать нанесенный компании ущерб, в случае, если его вина (и вина его сотрудников) будет доказана. По ходатайству Меламеда, на специально открытом на его имя банковском счете с этой целью были задепонированы 227 миллионов рублей. По словам адвоката Руслана Кожуры, эти денежные средства топ-менеджер взял в долг у друзей – с тем, «чтобы следствие и суд учли его добровольное содействие в обеспечении возможного возмещения ущерба, изменили ему меру пресечения на несвязанную с изоляцией от общества, предоставив возможность работать». Однако на выбор меры пресечения это не повлияло.

С обвинением вышла заминка: Генпрокуратура отказалась утверждать обвинительное заключение, выявив, по словам заместителя генпрокурора Виктора Гриня, «грубейшие нарушения положений уголовно-процессуального законодательства», допущенные во время расследования. Однако генпрокурор Юрий Чайка практически сразу распорядился отменить это решение и все-таки передать дело бывших топ-менеджеров в суд.

Оспаривая обвинение, Леонид Меламед говорит, что на момент заключения скандальных договоров уже не имел к «Роснано» никакого отношения (кстати, в период работы Меламеда корпорация называлась «Роснанотех», в ОАО «Роснано» она была преобразована только в конце 2010 года). А его зам и финдиректор не могли принимать по сделке оперативных решений – это был «не уровень Малышева или Понурова».

«Насколько долгим будет реабилитационный период и сколько мой подзащитный еще будет находиться за границей – будет решено по медицинским показаниям».

Любопытно, что в самом «Роснано» не считают себя пострадавшими: и адвокат «Роснано», и нынешний глава корпорации Анатолий Чубайс, вызванный следствием в качестве свидетеля, подчеркивают, что от действий Меламеда, Малышева и Понурова компания ущерба не понесла.

«Мы своих не бросаем», – заявил по этому поводу Чубайс, характеризующий бывших коллег только с положительной стороны (характеристика эта приобщена к делу). Заступался за Меламеда и гендиректор «Росатома» Сергей Кириенко, а член Совета директоров ОАО «МРСК-Волги» Александр Розенцвайг готов был внести за экс-главу «Роснано» залог в размере 100 миллионов рублей.

Кстати

Рассмотрение дела Черемушкинском суде продолжается. Адвокаты обвиняемых подали ходатайство о приостановке уголовного дела и переводе рассмотрения в Конституционный суд РФ, которое было отклонено. Ранее было отказано и в ходатайстве о возврате дела в прокуратуру.

«Отказать в удовлетворении ходатайств о возврате дела в прокуратуру и прекращении по нему производства»,– цитирует слова судьи агентство «РИА Новости».