Бывший полицейский убедил присяжных

Как стало известно “Ъ”, в Воронеже весьма неожиданно завершился процесс по уголовному делу бывшего оперуполномоченного уголовного розыска Александра Канина. Ему инкриминировалось причинение смертельных травм случайному человеку во время спецоперации по поиску бежавшего из суда преступника: по версии следствия, при проверке заброшенного дома сыщик наткнулся на компанию выпивавших мужчин, одного из которых жестоко избил. Сам экс-полицейский вину не признавал, а его защита утверждала, что обвинение базируется на сомнительных свидетельствах. В итоге коллегия присяжных единогласно оправдала бывшего оперативника, а суд признал за ним право на реабилитацию. Прокуратура намерена опротестовать судебное решение.

Оправдательный приговор Александру Канину судья Ленинского райсуда Воронежа Денис Гриценко огласил на основании вынесенного ранее вердикта присяжных.

Шесть заседателей единогласно признали невиновным бывшего оперативника уголовного розыска по всем пунктам обвинений.

Подсудимому между тем инкриминировались причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ), два эпизода повлекшего тяжкие последствия превышения должностных полномочий (ч. 3 ст. 286 УК РФ) и принуждение к даче показаний свидетеля или потерпевшего, соединенное с шантажом (ч. 2 ст. 309). В результате проведший полтора года в СИЗО экс-оперативник был освобожден в зале суда под аплодисменты родственников и пришедших поддержать его бывших коллег.

Как сообщил адвокат бывшего полицейского Иван Кузнецов, при вынесении оправдательного приговора его подзащитному было разъяснено право на реабилитацию, что подразумевает и возможное восстановление на службе, с которой оперативник был уволен спустя месяц после ареста по результатам служебной проверки. «Он об этом пока не задумывался»,— добавил при этом адвокат.

В свою очередь, старший помощник прокурора Воронежской области по взаимодействию со СМИ Михаил Усов заявил “Ъ”, что его ведомство с судебным решением не согласно и оспорит его в вышестоящей инстанции.

«Мы обжалуем приговор»,— заверил представитель надзорного ведомства. Отметим, что приговор, вынесенный на основании вердикта присяжных, опротестовывается, как правило, с указанием на какие-либо процессуальные нарушения, которые могли иметь место в ходе разбирательства дела по существу.

Как сообщал ранее “Ъ”, поводом для начала расследования послужило происшедшее 19 июня 2021 года ЧП. В тот день из мирового суда Левобережного района Воронежа сбежал осужденный за грабеж местный житель. Полиция организовала поиски, для участия в которых на службу с выходного был вызван 25-летний оперуполномоченный уголовного розыска городского УМВД младший лейтенант полиции Александр Канин. Ему вместе с напарником поручили проверку различных мест, которые у правоохранителей пользовались недоброй репутацией. Среди таковых был и частный дом №20 на улице Станкевича. Там, впрочем, уже давно никто не жил, и сооружение облюбовали местные пьяницы и наркоманы.

По версии Следственного комитета России, полицейский, осматривая помещения дома и предъявляя находившимся там людям фотографию беглеца, несколько раз ударил одного из участников распития спиртных напитков, 37-летнего Сергея Осиненко.

На следующий день тот, доставленный в больницу бригадой скорой помощи, скончался. Как установили специалисты, причиной смерти стали травмы внутренних органов. Офицеру полиции следственные органы предъявили обвинение, после чего суд санкционировал его арест.

Сам полицейский настаивал на своей невиновности. По его словам, он не применял насилия к кому-либо из находившихся в осматриваемом доме, а самого пострадавшего видел только мельком. Кроме того, о том, что Сергей Осиненко получил травмы при других обстоятельствах, с его собственных слов сообщила и медсестра больницы. А защита экс-полицейского предъявила заключение из ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздрава РФ», из которого следует, что господин Осиненко получил основные травмы примерно за трое суток до наступления смерти.

При этом обвинение главным образом опиралось на показания свидетелей, в том числе участников застолья в злополучном доме.

Правда, один из них сначала говорил, что его приятель за пару дней до смерти в пьяном угаре упал в погреб, а когда начал жаловаться, получил от друга еще и несколько тумаков, но позже изменил версию, обвинив оперативника. А другой очевидец, ранее судимый за разбой и незаконный оборот наркотиков, впоследствии не явился в суд, и найти его не удалось. Еще двух неких засекреченных свидетелей обвинения, якобы тоже из числа «асоциальных элементов», прокуроры даже не стали вызывать на процесс и предъявлять присяжным.

Интересно, что коллегию присяжных, по словам участников процесса, удалось сформировать только со второй попытки. В результате все шесть основных заседателей оказались женщинами. Трое кандидатов были отведены сторонами на стадии обсуждения: один — по состоянию здоровья, другой — как человек, ранее выступавший свидетелем по похожему уголовному делу, а третий — как слишком молодой и не имеющий в силу возраста достаточного жизненного опыта.

«В целом процесс складывался в нашу сторону, так как обвинение подошло к суду с минимальным набором доказательств»,— заявил “Ъ” господин Кузнецов, отметив, что один из свидетелей обвинения в суде вообще заявил, что он не понимает, о чем должен рассказывать, так как совсем ничего не знает о деле. Правда, по словам защитника, определенные сомнения в исходе все же «оставались до оглашения вердикта».