Брат Сергея Хачатурова залез в уголовное дело

В Дорогомиловский райсуд Москвы поступило уголовное дело бывшего акционера ПАО «Росгосстрах» (РГС) Сергея Хачатурова, обвиняемого ФСБ в хищении пакета акций стоимостью 6 млрд руб. при передаче страховой компании финансовой группе «Открытие» в 2017 году. А недавно было возбуждено уголовное дело, касающееся еще нескольких сделок, проведенных бывшим руководством «Росгосстраха». Брат обвиняемого, бывший президент «Росгосстраха» Данил Хачатуров впервые прокомментировал эти расследования.

— В уголовном деле Сергея Хачатурова говорится, что при передаче «Росгосстраха» банку «Открытие» он незаконно оставил у себя примерно 3,6% акций компании, которые затем продал, а полученные деньги присвоил.

— Обвинение изначально звучало абсурдно, поскольку если исходить из него, то Сергей похитил свое собственное имущество. Ситуация выглядела следующим образом. Сергей Хачатуров через две компании — «РГС-Капитал» и «РГС-Активы» — владел 54% акций большого «Росгосстраха». Капитализация этого пакета, исходя из котировок Московской биржи, на тот момент составляла более 90 млрд руб. Это была ничем не обремененная его собственность. Большое соглашение между группами «Росгосстрах» и «Открытие» от 26 июля 2017 года, регулировавшее процесс объединения активов, предусматривало передачу 50% плюс 1 акции. Эту сделку одобрил Центральный банк. Она полностью устраивала тогдашнего владельца банка «Открытие» Вадима Беляева. Сделка была безденежной. Фактически Сергей активы на 90 млрд подарил, поскольку он не получил при этом ни копейки в денежной форме. А те обязательства, которые приняло на себя «Открытие», не были исполнены. Как можно было при этом что-то похитить, я не знаю. Желание получить подарок побольше понятно, но для этого нужно юридическое основание. Такого основания не существует. Каким образом обвинение будет доказывать в суде, что имело место хищение, трудно представить.

— В подготовке сделки участвовали зарубежные юридические компании?

— Да, английские, причем с обеих сторон, чтобы все действия соответствовали самым высоким стандартам. Это детальный многостраничный документ, споры по которому подведомственны Лондонскому арбитражу. Сама сделка готовилась около года, и в ней все было тщательно прописано. Следствие ее проигнорировало, поскольку достаточно одного часа на ее изучение, чтобы понять, что с нашей стороны сделка исполнена на 100%. Важно, что до уголовного дела никто не подвергал эту сделку сомнению, о том, что появились какие-то претензии, мы узнали только тогда, когда Сергея задержали и поместили в «Лефортово».

Как Сергей Хачатуров дошел до предельного срока содержания под стражей
Отмечу, что ЦБ не только одобрил сделку в 2016 году, но и отслеживал ее в постоянном режиме. А как могло быть иначе, если речь шла о крупнейшей страховой компании и крупнейшем на тот момент частном банке?!

И еще одно важное обстоятельство: сделку от банка подписывал Вадим Беляев. Но он никаких претензий по ней не высказывает и по сей день, хотя, по логике следствия, обманули именно его. Однако Беляева, насколько я понимаю, даже допрашивать не стали, во всяком случае, защита в уголовном деле протокола его допроса не видела. Инициатор же расследования Михаил Задорнов (возглавил «Открытие» после господина Беляева.— “Ъ”) к сделке никакого отношения не имел.

— Какие экспертизы проводились в рамках расследования?

— Со слов адвокатов, экспертам предложили самые общие вопросы — о пакете акций, его стоимости и т. п. Хотя понятно, что достаточно было ответить на два вопроса: имел ли законное право Сергей распоряжаться своим имуществом; должно ли заинтересованное лицо убедиться в том, что ему досталось именно то, о чем договаривались. Ответы на них очевидны. И завершает картину тот неоспоримый факт, что в августе 2017 года банк «Траст», входящий в «Открытие», купил у фирмы Сергея эти акции в ходе открытой биржевой сделки. Как вы думаете, станет ли кто-то покупать уникальное имущество, которое, по его мнению, и так должно принадлежать ему, но было украдено?! Или есть основания считать, что в «Открытии» все сошли с ума?

— Как вы сами объясняете происходящее?

— Получив контрольный пакет РГС, банк «Открытие» взял на себя ряд различных обязательств. В связи с некоторыми из них сейчас идут судебные разбирательства. Если вам не нравится сделка, нужно или развернуть ее вспять, вернув полученное, или выполнить обязательства по соглашению. Из нежелания делать ни того, ни другого и появляются все эти выдуманные дела.

— Недавно появилась информация о возбуждении еще одного уголовного дела, связанного со сделками, проведенными РГС перед передачей акций «Открытию». По версии заявителей, РГС и Петра Авена (его компания участвует в спорах по активам «Росгосстраха»), страховой компании был причинен ущерб более чем на 1,3 млрд руб.

— О деле я узнал из СМИ. Насколько я знаю, на данный момент в нем конкретных имен нет, со мной по этому поводу никто из правоохранительных органов пока не общался. Однако могу сказать следующее. По двум из трех сделок, о которых говорится в прессе (приобретении компанией «Капитал Ре», входившей в РГС, у одного из партнеров еврооблигаций банка «Открытие» на 59 млн руб., а также покупке «Капитал Ре» у «РГС-Жизнь» облигаций «РГС Недвижимость»), они были предметом разбирательства в арбитражных судах и прошли все инстанции. Сделки были признаны законными, а спор закрыт.

По третьей (сеть медкабинетов «Медис» была передана в обмен на около 3% долей в крупном медицинском холдинге) спор дошел до кассации, которая отменила решения и вернула дело в суд первой инстанции. Постановление кассации обжаловано в президиуме Верховного суда, будем ждать результата. Не могу не обратить внимание на регулярное появление в связи с этими процессами недостоверных информационных вбросов.

Договоренности по «Медису» четко описаны в соглашении. Как говорится, достаточно просто прочитать. Кстати, уже в самом начале разбирательства по «Медису» было предложение выкупить этот небольшой 3% пакет по цене, заявленной в претензии, то есть развернуть сделку назад и вернуть каждой из сторон их имущество. Иными словами — удовлетворить стороны спора на первом же заседании! Та сторона взяла месяц раздумий и не дала никакого ответа. Ну что тут еще объяснять. Всем стало очевидно, что они преследует какую-то иную цель, а не ту, что указана в иске. Вот отсюда и появляются новые уголовные дела. Их цель — неисполнение своей части обязательств при помощи подталкивания судебных решений силовыми методами. Причем ситуация обросла различными заинтересованными лицами, не имевшими отношения к сделке, но желающими, видимо, заработать любым способом. Как говорил Виктор Степанович Черномырдин, «аппетит приходит во время беды».

Как появилось дело о хищении акций

В 2017 году банковская группа «ФК Открытие» получила полный контроль над компаниями, которые на тот момент владели акциями ПАО «Росгосстрах». Банк получил во владение 99,01% в ООО «РГС Активы» и 99,95% в ООО «РГС Холдинг», записи об этом были внесены в ЕГРЮЛ 4 сентября. Ранее банку принадлежало 19,8% страховой компании, в результате совершения сделки он получил более 51% акций «Росгосстраха».

В апреле 2018 года ФСБ возбудила уголовное дело в отношении бывшего основного владельца РГС Сергея Хачатурова и экс-акционера РГС-банка Надежды Клепальской. Они обвиняются в особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ), растрате (ч. 4 ст. 160 УК РФ) и легализации преступных доходов (ч. 4 ст. 174.1 УК РФ). По основному эпизоду дела версия следствия заключается в том, что обвиняемые за несколько месяцев до передачи контроля над ПАО РГС банку «Открытие» переоформили принадлежавшие компании господина Хачатурова «РГС-активы» чуть более 3,6% акций ПАО «Росгосстрах» в уставный капитал другой подконтрольной ему же фирмы. В августе 2017 года эти акции были проданы через биржу банку «Траст», входящему в «Открытие». После уплаты 1 млрд руб. налогов государству на оставшиеся 5 млрд руб. были вначале приобретены процентные векселя Альфа-банка, а затем они были размещены на валютном счете в российском банке, где и были арестованы следствием в апреле 2018 года. Сергей Хачатуров более полутора лет находится в СИЗО, Надежда Клепальская — под домашним арестом.