Банку ‟Восточный‟ от Майкла Калви была одна выгода

Во вторую годовщину со дня возбуждения громкого дела о растрате 2,5 млрд руб. банка «Восточный» в Мещанском райсуде Москвы выступил основной фигурант этого расследования — основатель инвестфонда Baring Vostok Майкл Калви. Он подробно рассказал причины, по которым подконтрольное ему «Первое коллекторское бюро» (ПКБ) в 2015 году заняло эти якобы растраченные средства. При этом бизнесмен утверждал, что весь заем был потрачен на выкуп принадлежащих банку еврооблигаций, находившихся в залоге у кипрской компании Balakus Company Limited. Благодаря этому банку не только удалось избежать финансовых проблем, но и усилить свои позиции.

Заседание началось с коллективного ходатайства защиты, озвученного адвокатом Викторией Бурковской. Она потребовала вывести из числа потерпевших в деле о растрате (ст. 160 УК) миноритарного акционера банка Шерзода Юсупова на том основании, что во время предполагаемого преступления, в 2015 году, тот не имел к банку никакого отношения. Но суд в этом требовании защите отказал.

Как не раз писал “Ъ”, именно по заявлению господина Юсупова в феврале 2019 года было возбуждено дело о мошенничестве. Тогда господин Юсупов обвинил бывших членов совета директоров «Восточного» Майкла Калви, Филиппа Дельпаля, Вагана Абгаряна и Ивана Зюзина в том, что они в феврале 2017 года убедили его проголосовать за внесение в качестве отступного по кредиту в 2,5 млрд руб. 59% акций люксембургской компании International Financial Technology Group (IFTG), которые якобы стоили всего 600 тыс. руб. В результате Шерзод Юсупов, как и банк «Восточный», были признаны потерпевшими в деле. Но поскольку в дальнейшем оценка акций IFTG разнилась от 257 млн руб. (по данным следствия) до 4 млрд руб. (по данным защиты), в СКР решили переквалифицировать обвинение с первоначального мошенничества на растрату. По нему тех же фигурантов дела обвинили в необоснованной выдаче ПКБ в 2015 году банком «Восточный» двух ничем не обеспеченных кредитов на 2,5 млрд руб. На этом сюжете и остановился подробно в своем выступлении Майкл Калви.

По словам господина Калви, подробности понадобились, чтобы объяснить — 2,5 млрд руб. «Восточного» не были растрачены в корыстных целях, а пошли на спасение банка.
Господин Калви рассказал, что в 2014 году в результате ряда финансовых операций 6,5% акций «Восточного» оказались во владении подконтрольной Baring Vostok компании Balakus Company Limited (BCL), которая приобрела их на средства кипрской компании BrokerCreditService (BCS). Банк передал последней в качестве залога под финансирование BCL свои еврооблигации стоимостью 5 млрд руб. Однако в 2015 году Центробанк РФ обязал российские банки создавать резервы, покрывающие 100% стоимости любых ценных бумаг, находящихся на счетах в иностранных депозитариях. По словам господина Калви, создание такого резерва могло нанести серьезный ущерб «Восточному» вплоть до отзыва у банка лицензии.

В этих условиях было решено немедленно вернуть еврооблигации из кипрского депозитария, в котором их держала BCS. Проблема заключалась в том, что данные бумаги были заложены, поэтому Майкл Калви и его партнеры решили погасить задолженность перед BCS, для чего перевести BCL 2,5 млрд руб.— сумму ее задолженности.

Однако банку было невыгодно напрямую кредитовать BCS, поскольку и в этом случае пришлось бы создавать соответствующие резервы. Поэтому задолженность решили погасить через российскую компанию — ПКБ, подконтрольное Майклу Калви. В итоге, утверждал в суде американец, проведя данную сделку в 2015 году, банк смог не только вернуть под свой контроль еврооблигации, но и избежать финансовых проблем. А как следствие, сохранить позиции на финансовом рынке.

Полученные ПКБ кредитные средства использовались исключительно для погашения обязательств самого банка перед BCS,— заявил в суде обвиняемый.— При этом никто из подсудимых не получил никакой личной выгоды от этих сделок. Кредиты ПКБ не могут считаться растраченными, поскольку единственным их бенефициаром был сам банк».

Господин Калви подверг сомнению даже сам факт причинения ущерба «Восточному». «Он получил выгоду не один, а как минимум три раза,— заявил инвестор.— Первый раз, когда получил назад свои еврооблигации стоимостью 5 млрд руб., затем при получении акций IFTG стоимостью 4 млрд руб. и третий раз, когда банк получил от ПКБ в декабре 2020 года 2,6 млрд руб. при заключении мирового соглашения». Таким образом, по словам Майкла Калви, доход банка составил 11,6 млрд руб. При этом подсудимый возмутился тем, что следствие постоянно отказывалось приобщить к делу документы, в том числе о платеже в BCS, подтверждавшие его выводы.