Армения обнаружила след Черкалина в таможенном скандале с генералом Ворониным

СК Армении расследует уголовные дела в отношении экс-начальника 7-го отдела Управления «К» ФСБ Вадима Уварова и его сообщников из ФТС и МВД. Эти бывшие и действующие силовики подозреваются в вымогательстве 6 млн долларов у давшего на них показания свидетеля. Правоохранители из Еревана направили в Москву следственные поручения на допрос российских чекистов и таможенников. О международном расследовании, в основе которого — один из самых крупных таможенных скандалов, ставший причиной отставки генерала ФСБ Виктора Воронина, и о роли в этом деле Кирилла Черкалина — в материале ПАСМИ.

В рубрику ПАСМИ “Сообщить о коррупции” обратился бывший сотрудник Росреестра Борис Авакян, скрывшийся от уголовного преследования за рубежом. Он рассказал о вымогательствах со стороны бывших и действующих российских силовиков, которые стали  предметом расследования правоохранителей в Армении, и изложил свое видение скандала вокруг высокопоставленных сотрудников ФСБ и ФТС, отличное от версий, которые освещались в российских СМИ:

Громкое заявление

«О коррупции на таможне мне рассказал мой близкий друг Иван Сергеев. Он долгое время работал замдиректора «РОСТЭК — Северо-Запад» — это ФГУП, подведомственный ФТС, а потом ушел в бизнес. Иван начал заниматься импортом товаров народного потребления в Россию и столкнулся с реальным положением дел на российском таможенном рынке. Неписанные законы состояли в том, что если частная компания занимается импортом и логистикой, она должна платить за покровительство семейному тандему Уваров — Смолярчук.

Вадим Уваров был тогда начальником 7-го отдела Управления «К» ФСБ России, он планомерно выстраивал систему координат, в которой получал мзду за покровительство гигантским контрабандным потокам.

К своему «бизнесу» Уваров подключил родного брата своей супруги Павла Смолярчука. Чекист устроил его в Главное управление по борьбе с контрабандой ФТС России. Смолярчук, благодаря близким связям с ФСБ, стал серым кардиналом в этом управлении, и все неофициальные согласования проходили через него.

Я убедил Сергеева обратиться в УСБ ФСБ России и рассказать о вымогательстве. Сотрудничество с чекистами мы начали во второй половине 2015 года. С этого момента все встречи с посредником Смолярчука — бывшим сотрудником таможни Владиславом Наумовым — проходили под оперативным контролем 6 службы УСБ ФСБ России. В общей сложности за покровительство при ввозе товаров через границу мы передали Наумову $1 млн.

Наумова чекисты взяли с поличным, он был арестован 16 декабря 2015 года, а вот Смолярчука задержать не удалось — в ФСБ произошла утечка информации, и на встречу со своим посредником по передаче денег он не явился. В итоге уголовное дело было заведено только на Наумова, а Уваров и Смолярчук проходили по нему в качестве свидетелей.

Формальной ответственности главные организаторы схемы не понесли, но резонанс у этого уголовного дела был большой. Наши с Сергеевым показания косвенно послужили отставке в 2016 году начальника Управления «К» Виктора Воронина и увольнению его руководителя — главы СЭБ ФСБ Юрия Яковлева, уволили из органов также и Уварова со Смолярчуком.

Дело в том, что разрабатывая полученные от нас данные, эфэсбэшники накрыли один из крупнейших потоков контрабанды того времени, который шел через группу компаний ULS Global. Вскрылось, что по периметру северо-западной границы России действовала цепочка складов, куда свозили все товарные потоки из Турции для дальнейшей фальсификации документов и занижения платежей.

Совладелец и руководитель этого холдинга Игорь Хавронов находился под покровительством Уварова и Смолярчука. Хавронов был арестован в 2017 году, а в 2018 получил семь с половиной лет колонии лет за контрабанду. Вину он признал и дал показания на Уварова и Смолярчука, подтвердив все те заявления, которые ранее дали я и Иван Сергеев.

Впрочем, Воронин свой пост потерял даже не из-за «серого» таможенного бизнеса своего подчиненного — оказалось, что партнер Хавронова, соучредитель холдинга ULS господин Джебраил Караарслан оказывал покровительство турецкой агентуре и занимался внешней разведкой. То есть по сути, скандал и отставки в ФСБ развернулись потому, что российская контрразведка не только крышевала контрабанду, но и помогала иностранной разведке.

Ответный удар

В ходе сотрудничества с подчиненными Сергея Королева из Управления собственной безопасности ФСБ я столкнулся с противодействием со стороны ФТС, сотрудники которой установили за мной и Сергеевым слежку. Около наших домов постоянно дежурили одни и те же машины с сотрудниками наружного наблюдения Главного управления противодействия контрабанде ФСТ России.

После этого в отношении меня и Сергеева было вынесено постановление о применении мер государственной защиты. Впрочем эта защита не помешала тем людям, от которых нас защищали, организовать незаконное привлечение к уголовной ответственности меня и Сергеева, а также двух свидетелей, давших показания на Уварова, Смолярчука и Хавронова — Ивана Лапшина и Павла Николаенко, бывших сотрудников ULS.

Нас обвинили в уклонении от уплаты таможенных платежей. По версии следствия, Сергеев в процессе своего бизнеса не доплатил налоговые сборы в размере 800 млн рублей, а я, Лапшин и Николаенко оказывали ему покровительство.

В основу обвинения лег рапорт Смолярчука от 2016 года. Руководитель ФТС России Андрей Бельянинов, который впоследствии покинул свой пост, находился в плотной связи с Павлом Смолярчуком, поэтому последнему не составило труда сфабриковать в отношении меня ряд справок для привлечения к уголовной ответственности.

Вы понимаете хронологию? В 2015-м я и Сергеев пишем заявление на Смолярчука, а в 2016-м Смолярчук пишет рапорт в отношении нас. То есть человек год спустя инициирует дело против своих заявителей.

Вписываться, как говорят в народе, в эту незаконную схему не согласился никто, кроме сотрудников транспортной полиции. По рапорту Павла Смолярчука следователи Управления транспортной полиции по Северо-Западному федеральному округу в июне 2016 года возбудили уголовное дело по статье 194.2 УК РФ «Уклонение от уплаты таможенных платежей».

В такой ситуации, я считаю, что имел право нарушить избранную меру пресечения в виде домашнего ареста и выехать из страны.

Трансграничные угрозы

Спустя немногим более месяца мне начали поступать угрозы от Хавронова и от близкого окружения Уварова, который на тот момент еще занимал пост начальника 7-го отдела Управления «К».

Со мной связались через мессенджер WhatsApp — номер телефона я не менял — и предложили мне заплатить $6 млн в обмен на прекращение уголовного преследования. В случае отказа от передачи денег шантажисты обещали, что в отношении меня и моей семьи будет применена физическая сила.

Урегулировать конфликт с преступной группой Хавронова самостоятельно мне не удалось, и в 2018 году я написал заявление о вымогательстве денег в Следственный комитет Республики Армения.

Они должны быть в курсе:
— директор ФСБ Александр Бортников
— председатель СКР Александр Бастрыкин
— глава ФТС Владимир Булавин
— глава МВД Владимир Колокольцев

Поскольку следствие по делу еще ведется, я не могу назвать имена всех людей, которые мне угрожали, но реальность данных угроз получила свое подтверждение. И в ноябре 2018 года полиция Еревана возбудила уголовное по статье «Вымогательство организованной группой».

В ходе расследования дела по вымогательству также вскрылись факты сговора Смолярчука и Уварова с сотрудниками УТ МВД по СЗФО, которые незаконно привлекали меня к уголовной ответственности. Данное обстоятельство легло в основу уголовного дела по статье «Превышение должностных полномочий», которое было возбуждено в январе 2020 года и объединено в одно производство с делом о вымогательстве.

А в феврале 2020 года из СК Армении в ведомство Александра Бастрыкина были направлены международные следственные поручения для допроса Уварова, Смолярчука, Хавронова и еще ряда лиц.

Теперь все те, чьи фамилии перечислены в следственном поручении, должны быть допрошены российскими сотрудниками СКР, а затем эти материалы будут переданы в Ереван.

Российские реалии

Кстати, Вадим Уваров сейчас работает в Центральном банке России начальником Департамента по информационной безопасности. После увольнения из ФСБ в Центробанк Уварова устроил его коллега из Управления «К» полковник Кирилл Черкалин, который сейчас сам находится под следствием. Черкалин курировал всю банковскую систему, и стать начальником, тем более в ЦБ, уволенному при таких обстоятельствах Уварову без протекции господина Черкалина было бы невозможно.

Чем сейчас занимается Павел Смолярчук, я не знаю, но уверен, что российские силовики держат его в поле зрения Допросить Хавронина будет проще всего, поскольку он находится в тюрьме.

Кстати, избранную российским судом меру пресечения я оспорил через армянский суд. В ходе судебного разбирательства армянская сторона запрашивала неоднократно и в Генпрокуратуре, и в Следственном комитете материалы, которые могли бы обосновать мою вину. Из России приходили ответы в том духе, что идет следствие и как только оно закончится, материалы передадут. Уже прошло четыре года, а материалы так никто и не прислал, потому что прислать им нечего. Дело неприятное, одиозное, я думаю, следствие специально тянет время, поскольку в следующем году заканчиваются сроки давности по моей статье и дело будет сдано в архив.

Параллельно с действиям иармянского СК мой адвокат в Петербурге направил заявление по факту незаконного привлечения следователями УТ по СЗФО МВД меня в качестве обвиняемого в само полицейское управление и в УФСБ по Санкт-Петербургу. Управление транспортной полиции по Северо-Западу прислало нам ответ, что наше заявление они направили в Следственное управление на транспорте СКР по Северо-Западу. А в питерском Управлении ФСБ ответили, что наше заявление они направили в Северо-Западную транспортную прокуратуру.

Я не считаю, что это просто перекидывание. Мне кажется, что дело в отношении меня сфабриковано и никто не хочет иметь к нему отношение».

Альтернативные версии

Историю Бориса Авакяна не раз освещали российские СМИ, излагая различные версии происходящего. Так, “Фонтанка”  писала, что убрать начальника 7-отдела  Управления “К ” Уварова и сотрудника  ГУБК Смолярчука Авакян пытался, чтобы остановить расследование в отношении своего протеже — бизнесмена  Дмитрия Зарубина, обвиняемого в контрабанде. Издание сообщает, что Авакян тоже имел отношение к “серому” импорту. Журналисты утверждают, что передача денег бывшему сотруднику ФТС Наумову была провокацией со стороны Авакяна, которую он в дальнейшем  использовал для дискредитации своих оппонентов.     

В несколько ином ключе, нежели заявления Авакяна, ряд СМИ освещает и события вокруг холдинга ULS.  “Новая газета” в статье “Контр-банда. Продолжение” отмечала, что Авакян 2015 году участвовал в переделе таможенного рынка на стороне Зарубина, который пытался отвоевать первенство в этом секторе у соучредителя ULS Игоря Хавронова. Бизнесмена Ивана Сергеева издание называет посредником между Авакяном и Зарубиным, а обращение Авакяна в правоохранительные органы — попыткой скрыть собственные нарушения.

Комментируя эти публикации, Авакян заявил, что с Дмитрием Зарубиным он знаком не был и отношения к таможенному рынку не имел.