Арктические программы России оказались под угрозой срыва

Если сепарировать медийный контент РесФеда, то вопрос освоения Арктики в виде добычи на ее территории всяких полезных углеводородов занимает почетное третье-четвертое место в словесной ниагаре россиянских чиновников и политиков. Все это удачно ложится на общий фон милитер-истерии: создание Объединенного стратегического командования "Север" и двух "арктических бригад" (80-я и 200-я мотострелковые), строительство "военных баз" на островках в Северном Ледовитом океане и общая готовность кремлян хотя бы на словах дать в рыло "стратегическим партнерам".

Сбоку-припекой идет программа "освоения" гнилого Дальнего Востока, где реализуется издевательская программа "дальневосточного гектара". Действительно, зачем развивать самую населенную, европейскую часть страны, включая Урал и Поволжье, если у нас есть бескрайняя Арктика и гигантский Дальний Восток с вечной мерзлотой, гнусом и зимой по 9 месяцев в году? С трудноизвлекаемыми природными ресурсами, правда. Именно туда надо заливать бюджетные миллиарды рублей, авось что и получится.

Если не вдаваться глубоко в подробности, то россиянское говорение за "арктику" с 2000-х годов шло в контексте общемировых упражнений на тему "глобального потепления". Договорились даже до того, что скоро (совсем скоро) Арктика малость подтает и Северный морской путь можно будет преодолевать с необычайной легкостью. Заодно и вывозить по нему "западным партнерам" те самые углеводороды и металлы. Достаточно вспомнить, что еще 13-14 лет назад российский "Газпром" всерьез рассматривал проект разработки гигантского Штокмановского месторождения и экспорта газа в США. Да и вообще, настроения у северо-евразийских чиновников тогда царили самые радужные. Вот как их обрисовывал в 2010 году россиянский министр Юрий Трутнев:

Министр природных ресурсов и экологии Юрий Трутнев четко описал позицию России по шельфу: "На шельф, как на елочку, можно навесить множество заказов для нашей промышленности, - сказал он. - Шельф может дать гарантированный объем заказов, который вытащит отрасли на уровень современных технологий, в том числе в судостроении". По оценке Ю.Трутнева, в "российском секторе" Арктики могут находиться до 100 млрд тонн запасов нефти и газа. Россия несколько раз подавала в комиссию ООН по морскому праву заявки на свое право шельф, но от нее каждый раз требовали дополнительных данных.

Апофеозом гигантомании стала Программа социально-экономического развития Арктической зоны РФ на период до 2025 (первоначально - 2020) года. Ее с конца 2013 года разрабатывает министерство регионального развития РФ. К началу 2017 года ведомство определилось с бюджетом затеи - 209 миллиардов рублей. Куда пойдут такие деньги? Естественно, не на строительство и реконструкцию, например, автодорог в центральной России (на которых гибнет каждый год более 20 тысяч человек) или социальной инфраструктуры. Это лишнее. Вот куда:

Согласно новой редакции госпрограммы, деньги нужны на строительство атомного ледокола «Лидер», средств подъема затонувших ядерных объектов, развитие проектов на континентальном шельфе, разработку новых технологий для арктических нужд, экологический мониторинг, информационную политику, поддержку коренных малочисленных народов.

Вообще, у РФ самый крупный на нашей планете ледокольный флот - 40 судов на начало 2017 года. Это больше, чем совокупно у Канады (4), Швеции (7), Финляндии (6), США (4), Дании (4), Эстонии (2), Норвегии (2), Китая (1). При этом у РФ на ходу есть два мощных атомных ледокола с двухреакторной ядерной установкой - "Ямал" и "50 лет Победы" (третий - "Советский Союз", находится в резерве), два ледокола с однореакторной установкой - "Таймыр" и "Вайгач", атомный лихтеровоз-контейнеровоз «Севморпуть» и 5 судов технологического обслуживания.

Поскольку атомный флот РФ в ближайшие годы будет переживать смену поколений, то запланированный ледокол "Лидер" должен был стать настоящей красой и гордостью Росатомфлота (ФГУП "Атомфлот"). Поэтому атомные флотоводцы решили не скромничать: стоимость его строительства "на глазок" прикинули в 47-80 миллиардов рублей! Такие деньги должны пойти на создание чудовищного по мощи корабля, способного пробивать льды толщиной аж до четырех метров! Зачем такое излишество, лучше не спрашивать.

Впрочем, скорее всего, никакого ледокола "Лидер" не будет построено. В мае 2017 года Программа развития Арктики была урезана правительством РФ в четыре раза - до 50 миллиардов рублей, а в начале июля стало известно, что в июне кабинет министров под руководством Дмитрия Медведева, почесав в затылке, принял решение о выделении лишь 12 миллиардов рублей. Естественно, этих денег на ледокол не хватит. Они пойдут на более скромные цели:

- 7 из 12 миллиардов рублей будут израсходованы на проектирование и строительство ледостойкой дрейфующей платформы «Северный полюс» для «Росгидромета», подконтрольного Минприроды;
- еще 3 миллиарда рублей решено направить на модернизацию Жатайской верфи в Якутии на реке Лене для строительства новых и ремонта изношенных судов речного флота;
- 1 миллиард рублей отдадут... Росгвардии. Ведомство генерала Виктора Золотова будет обеспечивать среди белых медведей и тюленей... "антитеррористическую безопасность", только не смейтесь, ибо деньги очевидно будут банально покрадены;
- остальное по мелочи: Курчатовскому институту на подъем радиоактивного хлама со дна моря дадут 300 миллионов рублей, Минстрой для исследования вечной мерзлоты получит 200 миллионов рублей (евразийские строители забыли внезапно, как строить на вечномерзлых грунтах, бывает) и так далее.

Идея добычи углеводородов на шельфе Северного Ледовитого океана сдувается в воображении россиянских государственных деятелей медленно и трогательно. На фоне относительно невысоких цен на нефть и газ, шагающей по всей планете "сланцевой" революции и попыток ряда стран добывать газогидраты, "арктическая" нефть по себестоимости в 75-85 долларов за баррель привлекательной пока никак не выглядит. Все это одновременно с бюджетным секвестром заставляет РФ потихоньку спускать на тормозах "арктическую эйфорию". Тем более, что собственных технологий добычи газа и нефти в суровых условиях Арктики со дна океана нет, а сотрудничество с западными партнерами (внезапно!) осложнено санкциями за "присоединение" Крыма. Ну, кто мог ожидать такое!

Поэтому пока единственным примером добычи углеводородов на шельфе Ледовитого океана является относительно "несложное" Приразломное месторождение (себестоимость добычи барреля заявлена в 30-35 долларов), расположенное на шельфе Печорского моря в 55 километрах от поселка Варандей. Здесь с весны 2014 года работает морская платформа "Приразломная" (ее строили с 1995 года на "Севмаше"), оператором которой выступает компания "Газпром нефть шельф". Строительство этой морской платформы стало настоящей эпопей, в ходе которой нефтяники постоянно жаловались на заводской брак, но в конце-концов ее сумели все же ввести в эксплуатацию. Но на вторую подобную добывающую установку сил у РФ пока нет - тут мечты углеводородных менеджеров ударились о жесткую поверхность грустной реальности.

Секвестр бюджета - это лишь одна сторона кожуры банана, на которой навернулась арктическая программа Ресурсной Федерации. Вторая - это ее техническая и инженерная деградация. Правящие в северной Евразии кланы кегебистов уверены, что "бабло все решает". Однако, как показывает опыт реализации сложных технических проектов (мосты во Владивостоке, Олимпиада в Сочи, добыча углеводородов на шельфе, строительство крупных стадионов и так далее), наплевательское отношение элитных россиян к инженерам и разработчикам оборачивается срывом сроков, удорожанием проектов, браком и неполадками. В каких-то случаях это могут купировать иностранцы (строительство энергомоста в Крым, строительство мостов во Владивостоке и так далее), но на все проекты их не хватает.

Очередной провал подоспел в деле регулярного обновления атомного ледоходного флота РФ. В мае "Владимир" "Путин" (так утверждает в недавней статье издание "КоммерсантЪ") принял решение о переносе срока ввода в эксплуатацию нового головного атомного ледохода "Арктика" с 2017 на 2019 год. А ледоколов "Сибирь" и "Урал" - на 2021 и 2022 годы, соответственно. По сути, речь идет о срыве государственного заказа:

О строительстве «Арктики» ФГУП «Атомфлот» (владеет атомными ледоколами, подконтролен «Росатому») и ООО «Балтийский завод — судостроение» (БЗС, входит в ОСК) договорились в 2012 году. Деньги на ледокол — 37 млрд руб.— выделил бюджет. В 2014 году был заключен контракт еще на два ледокола серии — «Сибирь» и «Урал» — на 84,4 млрд руб. «Арктика» должна была быть сдана в конце 2017 года, «Сибирь» — в конце 2019 года, «Урал» — в конце 2020 года.

Примечательно, что новая «Арктика» (ледокол с таким же названием существовал еще  советское время) водоизмещением в 33,5 тысяч тонн, длиной в 173 метра, шириной в 34 метра и мощностью в 175 МВт должна была стать лидером Росатомфлота. Судно могло бы проводить гигантские танкеры водоизмещением в 70 тысяч тонн по Севморпути. Но корабль не готов. В чем же загвоздка?

Оказалось, что турбины судна были заказаны украинскому Харьковскому турбинному заводу, сотрудничество с которым после "крымнаша" (вот ведь неожиданность!) прекратилось. Завод, конечно, лишился выгодного заказа, но в РФ создать производство нужных турбин быстро не смогли. Сейчас чиновники ищут стрелочников и ведут "разборы полетов". Но источники "КоммерсантЪ" считают, что "Арктику" ранее середины 2019 года можно и не ждать. В принципе, ничего критичного в срыве графика строительства ледоколов пока нет, если не считать двух вещей: удорожания проекта в условиях бюджетного секвестра и реальных технических возможностей. Поэтому если сроки начнут постоянно переноситься в таких условиях, то это может стать фатальным фактором для проекта.

Подобные "беды" преследуют не только атомные ледоколы. Идущее с 2012 года строительство самого крупного в мире дизель-электрического ледокола "Виктор Черномырдин" затянулось из-за откровенной халатности и совершенно диких ошибок при проектировании. И вместо октября 2015 года судно войдет в строй в лучшем случае в середине 2018 года - если не будет секвестра бюджета и не обнаружатся новые технические неполадки, разумеется.