Аркадий Ротенберг и Геннадий Тимченко рискуют уйти в минус на стройке

Труба стала короче

В 2015 году объем рынка нефтегазового строительства сократится с 3,1 трлн  до 2,3 трлн руб., из них больше 730 млрд руб. придется на сооружение нефте- и газопроводов. Такие цифры указаны в майской презентации директора по развитию и стратегии «Стройгазмонтажа» Иосифа Панчака (документ есть в распоряжении РБК). В компании Аркадия Ротенберга уверены, что и в следующие несколько лет роста спроса на ее услуги не будет: к 2017 году общий объем заказов не превысит 2,4 трлн руб., а по трубопроводам — 705,3 млрд руб.

Прошлый год компания Ротенберга закончила с портфелем заказов «Газпрома» в 105 млрд руб., став крупнейшим партнером монополии, по версии Forbes. Однако ее топ-менеджеры считают, что улучшить этот результат в ближайшие несколько лет будет сложно, ссылаясь на планы крупных заказчиков​. Например, «Роснефть» в этом году нанимает людей для создания собственных подразделений, чтобы меньше полагаться на сторонних подрядчиков, говорил​​​ президент компании Игорь Сечин на встрече с инвесторами. А главный заказчик — «Газпром» в 2015 году планирует потратить по инвестиционной программе 839 млрд руб. (на капзатраты приходится 732,03 млрд руб.) против 1,026 трлн руб. годом ранее. В этот бюджет включены и «Сила Сибири», и работы по «Турецкому потоку».

На рынке стало меньше крупных проектов. Еще в 2013 году «Транснефть» завершила работы по строительству ВСТО-2: работы делали ее дочерние компании, «Стройинновация» Зиявудина Магомедова и «Стройгазконсалтинг», на тот момент принадлежавший Зияду Манасиру. Новых заказов, например для увеличения мощности ВСТО (в связи с китайским контрактом),  монополия пока не размещала, компания определяется с ресурсами. А текущие работы стремится проводить своими силами.

Одиночество «Силы Сибири»

До 2020 года к крупным стройкам можно отнести только газопровод «Сила Сибири», общие затраты «Газпрома» на проект оцениваются в $55 млрд, а прибыль подрядчиков — примерно в $5 млрд (оценка директора Small Letters Виталия Крюкова). Предквалификацию для работы на восточном направлении прошли «Стройгазмонтаж», «Стройгазконсалтинг» фонда UCP и Газпромбанка и «Стройтрансгаз» Геннадия Тимченко (контролирует 31,5% компании). Но заказы пока есть только у последней структуры: СТГ без конкурса получил подряд на строительство подъездной дороги к месторождению на 18,5 млрд руб. и выиграл подряды на обустройство самого Чаяндинского месторождения, газ с которого пойдет в Китай, на 1,6 млрд руб. и на 2,52 млрд руб. Также СТГ без конкурса получил первый генподряд на строительство первого участка «Силы Сибири» Чаянда — Ленск протяженностью 208 км (сумма контракта не называлась). Тимченко достался и последний заказ в проекте «Южный поток». В этом году его компания выиграла тендер «Газпром инвеста» на строительство 144 км Южно-Европейского газопровода, который строится для расширения системы под «Турецкий поток». За работы «Стройтрансгаз» попросил 8,5 млрд руб.

Возможно, поэтому представитель «Стройтрансгаза» заявил РБК, что ситуация на рынке не столь мрачная, по крайней мере для крупных игроков. «Компания смогла переломить негативный тренд и показать положительную динамику по валовой прибыли и финансовому результату», — утверждает он, не раскрывая цифр. По оценке Forbes, к началу 2015 года компания собрала заказов «Газпрома» на 50 млрд руб.

Представитель «Стройгазконсалтинга» отказался от комментариев.

Игра на выбывание

К 2017 году, по прогнозу «Стройгазмонтажа», 75% заказов нефтяников и газовиков между собой разделят крупные строительные компании с выручкой более 30 млрд руб. Сейчас они занимают 67% рынка, а в 2012 году на них приходилось меньше половины, говорится в презентации Панчака. Такой прогноз строится на двух допущениях: снижение рентабельности бизнеса и готовности крупных компаний браться в кризис за небольшие по их меркам заказы.

В 2015 году операционная рентабельность подрядчиков нефтегазового строительства составит всего около 5%, а к 2017 году этот показатель может стать отрицательным, упав до -6%, следует из презентации. Для расчетов в компании Ротенберга сделали выборку по восьмерке крупнейших подрядчиков. Консультанты КПМГ в разговоре с РБК предположили, что кроме трех названных выше компаний в ней могли учесть данные «Велесстроя», «Межрегионтрубопроводстроя», «Стройновации», «Сибтрубопроводстроя» и «Глобалстрой-инжиниринга».

«Поскольку на рынке наблюдаются высокие процентные ставки и общая инфляция затрат строительных компаний, общий тренд будет на снижение их маржи. Компании с недостаточным собственным капиталом, у которых нет дополнительной поддержки со стороны акционеров, могут не пережить кризисный период», — говорит Антон Усов, руководител​ь практики по работе с компаниями нефтегазовой отрасли КПМГ в России и СНГ.

Рентабельность строительных компаний действительно падает, но прогноз «Стройгазмонтажа» излишне пессимистичен, полагает собеседник РБК в одной из крупных строительных компаний нефтегазового сектора. Пока в секторе есть «мегапроекты», крупные игроки выживут, уверен ​он.

Тем не менее если раньше середняки могли выжить на «мелких» подрядах, которыми крупные структуры не интересовались, то в 2014 году и за этими заказами пришли лидеры рынка. Например, в конце 2014 года ЗАО «Стройтрансгаз» (31,5% принадлежит фонду Тимченко) выиграло открытый запрос на строительство межпоселковых газопроводов в Москаленском районе Омской области для ООО «Газпром межрегионгаз». Компании стало интересно выполнить подряд на 134 млн руб.

Новые правила игры

Строительный бизнес теряет не только на высокой себестоимости — государственные и корпоративные сметы на стройматериалы и услуги не соответствуют реальной рыночной стоимости, отмечается в презентации. А причина этого несоответствия в том, что сметные цены на зарплаты рабочих-строителей и эксплуатацию машин и механизмов пересчитывают по индексу инфляции Минэкономразвития, который оторван от жизни.

Чтобы исправить ситуацию, компания Ротенберга предлагает учитывать в сметах реальную инфляцию, авансировать подрядчиков на 30% от стоимости конкретного этапа работ и оплачивать работы через 20–​​30 дней после сдачи. Сейчас сроки оплаты прописываются в каждом договоре отдельно; например, в 2014 году «Роснефть» договаривалась об отсрочке платежа в 90 дней, в 2015 году по некоторым контрактам предлагала исполнителю ждать денег до 120 дней.

Самим компаниям также стоит повысить эффективность работы, помогая клиентам экономить. «На растущем последнее десятилетие нефтяном рынке сложилось вольное отношение к расходам. При нынешней цене на нефть все неэффективности начинают проявляться», — отмечает Усов из КПМГ.

«Очень часто качество проектной документации оставляет желать лучшего, в процессе строительства приходится выполнять дополнительные работы, а доказать, что они необходимы, и получить деньги за них сложно», — добавляет собеседник РБК в одной из крупных строительных компаний нефтегазового сектора. По его словам, почти все крупные проекты в нефтегазовом строительстве стратегические, поэтому нельзя просто остановить работы, если неправильно посчитана смета. «Принцип «стройте — потом разберемся» и выливается в низкую рентабельность», — объясняет собеседник РБК.