Араз Агаларов завязал с кольцевой

В беседе с Forbes миллиардер рассказал, почему госконтракт оказался убыточным, с какими сложностями Crocus Group столкнулась при работе над ЦКАД-1 и почему государство пыталось подать на компанию в суд.

В торжественной церемонии открытия 8 июля приняли участие президент Владимир Путин, заместитель председателя правительства Марат Хуснуллин, мэр Москвы Сергей Собянин и губернатор Московской области Андрей Воробьев.

Проект нового «кольца» вокруг столицы был задуман еще в начале 2000-х, а строительство его началось в 2014 году. Общая протяженность трассы составляет 336,5 км, бюджет превысил 340 млрд рублей. Новая трасса призвана разгрузить МКАД и дорожную сеть Подмосковья от транзитного транспорта.

Crocus Group достался участок ЦКАД №1, он берет свое начало у трассы М-4 «Дон», проходит по округу Домодедово, Подольску, Новой Москве, Наро-Фоминскому району Московской области и заканчивается на пересечении трассы А-107 в районе деревни Лисинцево. В беседе с Forbes Араз Агаларов рассказал о проекте.

— С какими сложностями вы столкнулись при работе над этим проектом?

— Проблема не только ЦКАД, а вообще строительной отрасли заключается в том, что сметы составляются и проходят экспертизу сегодня, а стройка идет три-четыре-пять лет. Естественно, за это время стоимость всех стройматериалов и рабочей силы многократно возрастает. И вместо заработка, надежды, что ты что-то можешь заработать, как правило, получаются потери. В нашем случае ситуация была отягощена еще и тем, что на нашем участке расположено 24 газопровода, из которых девять — магистральных. Что такое магистральный газопровод? Это труба 1200 миллиметров, находящаяся под давлением 55 атмосфер. И таких труб девять, каждая длиной от 1 до 3 километров, которые надо было перекладывать. Этим должны были заниматься заказчики.

— Из-за этого задерживалась сдача проекта?

— Да, мы не могли работать, потому что газопроводы были не переложены. И к тому же нам надо было построить 50 мостов разной сложности на 50 км. И только с появлением вице-премьера Марата Хуснуллина, который начал проводить штабы в еженедельном режиме и подключил «Газпром», на нашем участке трубы были переложены к концу 2020 года. По сути, нам пришлось за шесть месяцев через реки и болота построить 25 км дорог и 23 моста, у которых нормативные сроки строительства по 15-18 месяцев. Мы их построили за четыре месяца.

— Сколько вы в итоге заработали на этом проекте?

— Изначально цена контракта была 48 млрд рублей, из которых 6,8 млрд рублей я должен был либо вложить своих, либо привлечь кредиты. Когда в 2019 году мы поняли, что денег не хватало, правительство нам добавило 10%, которые записаны во всех контрактах в качестве 10%-го удорожания. То есть контракт превратился в 52 млрд рублей.

— Вы говорили недавно, что, согласно официальному заключению госэкспертизы, сметная стоимость составила 67 млрд рублей...

— Да. Главгосэкспертиза показала 67 млрд рублей, из которых 10 млрд рублей — затраты заказчика: выкуп земель, автозаправок и других строений и сооружений, которые попали в зону строительства дороги. То есть наши работы составили 57 млрд рублей, из которых у нас законтрактовано 52 млрд рублей. И нам еще добавят 2,6 млрд рублей.

— А сколько вы потратили?

— Мы потратили 55 млрд рублей.

— Получается, для вас этот проект оказался убыточен.

— Да. Кто знал, что цены на песок, бетон, арматуру поднимутся в три-четыре раза. В 2015 году этого никто предвидеть не мог. Изначально конкурс выиграл «Стройгазконсалтинг», мы были за ними следующие по цене. Первоначальная стоимость аукциона была 53 млрд рублей.  «Стройгазконсалтинг» дал цену — 47,8 млрд рублей, мы были чуть дороже — примерно на 500 млн рублей. Хотя сметная стоимость даже тогда была 53 млрд рублей. И в связи с тем, что они отказались, контракт передали нам — за цену, которую обозначил «Стройгазконсалтинг».

— Строительство ЦКАД сопровождалось рядом скандалов, «Автодор» даже подавал против вас иск. Вам удалось разрешить противоречия?

— Ситуация развивалась следующим образом: нам выдали аванс 9 млрд рублей, из которых 1,8 млрд рублей ушло на оплату НДС, на остальные деньги мы сразу заказали мостовые сооружения у «Курганстальмоста». Металлоконструкций было закуплено более 30 000 тонн. Мы это сделали умышленно, понимая, что стоимость металла у нас в стране растет всегда, и оказались правы. Если бы мы тогда это не заказали, стоимость дороги сегодня была бы значительно выше. И получилось, что мы весь аванс потратили на НДС и на заказ мостовых сооружений. Дальше дорогу было строить практически не на что, и требовались дополнительные авансы. Это и стало противоречием, на основе которого предыдущее руководство «Автодора» выставляла нам иски, почему мы не можем продолжать строительство. А мы, в свою очередь, просили дополнительное финансирование. Они нам выставили предварительную претензию, я обратился в правительство, и правительство меня поддержало. Кончилось все тем, что иск был отозван. И мы продолжили строительство.

— Что для вас лично значит проект ЦКАД?

— Это амбициозный проект, в котором участвовало несколько известных подрядчиков, в том числе и мы. Наш участок был самым сложным по насыщенности — одних только мостов у нас 8 км из 50 км всей дороги. Так что мы действительно рады, что смогли успешно его завершить.