«Недостаточность финансов представляет серьезную угрозу безопасности полетов, высокие риски внезапной остановки деятельности и, как следствие, массового нарушения прав пассажиров, особенно в преддверии пика новогодних перевозок», – пишет Калмыков. Он напоминает Нерадько, что авиакомпания обязана подтверждать наличие достаточных финансовых ресурсов и имущества для эксплуатации судов и поддержания их летной годности, а контроль за этим возложен на Росавиацию.
Но конкретных предложений о том, как властям следует реагировать на ситуацию в Utair, в письме не содержится. Калмыков заканчивает его словами «направляется для информации».
«Ведомости» ознакомились с текстом письма, его содержание подтвердили два человека, близких к разным сторонам переписки.
Utair 20 декабря допустила дефолт по синдицированному кредиту 11 банков, всего по двум синдицированным кредитам он должен 38,6 млрд руб., еще 17,4 млрд – отдельно Сбербанку, 4,9 млрд – структурам «Сургутнефтегаза» и 3,3 млрд руб. – по облигациям. Перевозчик ведет с синдикатом переговоры о реструктуризации. При этом сбоев в полетах перевозчик не допускает.
Представители Росавиации, Utair и «Победы» от комментариев отказались.
Это второй раз, когда группа «Аэрофлот» обращается к властям в связи с Utair. В декабре 2014 г. гендиректор «Аэрофлота» Виталий Савельев и гендиректор авиакомпании «Сибирь» (входит в S7 Group) Владимир Объедков попросили первого вице-премьера Игоря Шувалова не поддерживать Utair, финансовые проблемы которой стали следствием «бессистемной экспансии» за счет дешевых тарифов. Савельев и Объедков обещали бесплатно перевезти в случае остановки конкурента большую часть его пассажиров. Правительство не прислушалось к совету и выдало Utair госгарантии на 9 млрд руб., вкупе с поддержкой акционеров это позволило перевозчику в конце 2015 г. реструктурировать долги в 42 млрд руб. перед банками и 14,5 млрд руб. перед держателями облигаций.
Возможно, Росавиация проигнорирует «сигнал» конкурента и сейчас. В случае отрицательной стоимости чистых активов никакие действия регулятор принимать не должен, говорит профильный федеральный чиновник: «Просрочек платежей по зарплатам, платежам в бюджеты и по операционной деятельности Utair не допускает». «Отрицательное значение чистых активов не обязательно является признаком неплатежеспособности, – подтверждает партнер юрфирмы А2 Михаил Александров. – Компания и при отрицательных активах может получать доход и платить по обязательствам».
Чистые активы Utair были отрицательными на конец 2017 г. и на середину 2018 г. не только по РСБУ, но и по МСФО, отмечает аналитик АКРА Александр Гущин. Но гораздо хуже, что отношение EBITDAR (прибыль до амортизации, выплаты налогов, процентов по кредитам и лизинговых платежей) к выплатам банкам и лизинговым компаниям снизилось с и так невысоких 1,85 в 2017 г. до 0,83 в первом полугодии 2018 г. Если показатель ниже 1, это значит, что компания может быть не способна обслуживать кредиты и платить лизингодателям, констатирует Гущин.
На российском рынке снова образовался избыток самолетов, для их загрузки на фоне падающих доходов населения авиакомпании вынуждены держать низкие цены, что делает отрасль убыточной, рассказывали топ-менеджеры нескольких авиакомпаний. Это будет продолжаться, пока кто-то не уйдет с рынка, что облегчит жизнь всем оставшимся, как это произошло в 2015 г., когда обанкротилась «Трансаэро». В 2016 г. все крупнейшие игроки – «Аэрофлот», S7, «Уральские авиалинии» и Utair – показали рекордную прибыль.
«Письмо одного из игроков само по себе никаких последствий для Utair иметь не будет. Росавиация и так следит за финансовым состоянием авиакомпаний на ежеквартальной основе, плюс у регулятора масса поводов для внеплановых проверок», – говорит директор агентства «Авиапорт» Олег Пантелеев.
