Американское правосудие жаждет крови Джулиана Ассанжа

По сообщениям СМИ, Ассанж выглядел ослабленным и, говоря, делал большие паузы между словами. Адвокаты ранее сообщали, что в тюрьме у него ухудшилось здоровье.

Днём ранее глава британского МВД Саджид Джавид одобрил запрос США на выдачу подозреваемого и передав его в суд, который теперь должен принять решение. Сама экстрадиция при этом, отмечает Би-би-си, может состояться не раньше февраля, причем между заседаниями суда будет много времени – об этом попросила защита Ассанжа, так как ему нужно время, чтобы подробно ознакомиться с документами по делу.

Джулиан Ассанж – фигура противоречивая. Для одних он журналист-правдоруб, для других – кибергений, для третьих (особенно для правительства США и правоохранителей Швеции) – преступник. Понятно одно: только Ассанж мог находить и обнародовать информацию, имеющую международное значение и разоблачающую правительства многих стран. За то и поплатился.

Джулиан Ассанж родился в 1971 году в Австралии. Программированием увлекся в 16 лет: тогда он создал с друзьями хакерскую группу «Международные диверсанты», которых подозревали в проникновении в базы данных минобороны, других ведомств США, NASA. 

Спустя два года в отношении Ассанжа было начато следствие по подозрению во взломе сервера канадской телекоммуникационной компании Nortel Networks. В 1996 году он признал себя виновным по большинству из 31 пункта обвинения, но был приговорен лишь к штрафу в размере 1,3 тыс. $, так как суд не нашел в его действиях корыстных целей.

До 2006 года разрабатывал системы информационной безопасности, пока с группой единомышленников не основал сайт, который публиковал засекреченную информацию, полученную из анонимных источников – WikiLeaks.

Опасное досье

Международную известность Ассанж получил еще в 2010 году, когда на сайте WikiLeaks была выложена видеозапись расстрела двумя американскими вертолетами Apache группы гражданских лиц в Багдаде в 2007 году. Тогда же Ассанж переехал в Швейцарию, куда в целях безопасности перенес серверы WikiLeaks. Позднее сайт опубликовал тысячи конфиденциальных документов из переписки американских дипломатов. Их появление вызвало широкий политический и общественный резонанс.

В том же 2010 году Ассанжа обвинили в изнасиловании гражданки Швеции. Полиция Швеции неоднократно заводила дело и закрывала его. Ассанж написал в одну из стокгольмских газет письмо о том, что обвинения появились из-за публикаций в WikiLeaks «афганского досье». Более 90 тыс. документов свидетельствовали: спецслужбы Пакистана тайно встречались с талибами, чтобы договориться о планах на войну против Соединенных Штатов. Кроме того, в материалах было упомянуто как минимум 150 случаев, когда в результате действий союзников гибли мирные жители.

Сотрудники WikiLeaks во главе с Ассанжем по сути занимались сбором и анализом данных от источников, которые они, разумеется, не раскрывали. Затем эта информация отправлялась в прессу.

– Я работал с русскоязычными СМИ в России, на Украине и еще в ряде стран, – рассказал «Собеседнику» писатель и публицист Исраэль Шамир, который сотрудничал с WikiLeaks. – Только я больше занимался тем, что опровергал информацию, которую искажали западные СМИ. Скажем, если WikiLeaks передал СМИ депеши сотрудника американского посольства о том, что Путин – самый богатый человек в мире, но эта информация не была подтверждена, то The Guardian публиковала только первую часть этой информации, ссылаясь на WikiLeaks. Вообще западные СМИ сильно искажали данные, которые передавала компания Ассанжа, в угоду рейтингам и собственной информационной политике. Но сотрудникам WikiLeaks было не до этих разборок – они продолжали собирать разоблачительную информацию.

Последователи и подражатели

Джулиан стал генералом современной информационной войны. Прежде своих интересов и своей свободы он преследовал цель – раскрывать правду. 

– Понятно, что Джулиан Ассанж не стал первооткрывателем расследовательской журналистики, которая всегда пользовалась инсайдами и утечками. Однако он, будучи программистом, смог перевести журналистику расследования на цифровой уровень, когда серверы и компьютеры позволяют хранить и обрабатывать огромный массив данных. Собственно, думаю, с него и началась data-журналистика, – считает главный редактор «Агентства федеральных расследований» Сергей Соколов.

Пожалуй, лучшим доказательством того, что Ассанж стал первооткрывателем электронных досье, может стать число последователей и подражателей, которые вслед за Джулианом начали создавать аналоги WikiLeaks. Так, появились известные в свое время Ruleaks, блог «Анонимный интернационал» («Шалтай Болтай»), TYLER от хакерского движения Anonymous, «Панамское досье» и многие другие. Впрочем, все они, да и сам WikiLeaks уже, не выстреливают так, как раньше.

По мнению Сергея Соколова, это произошло не из-за кризиса жанра, а из-за того, что изменилось отношение общества к расследованиям.

– Журналисты-расследователи, как и прежде, продолжают скрупулезно работать и публиковать материалы, однако на массового читателя рассчитывать уже не приходится, – говорит Соколов. – Сегодня особое внимание возможно, только когда готовится какое-то особое специальное расследование против кого-то и в резонансе кто-то заинтересован.

Лондонский капкан

Но вернемся к «нашему Ассанжу». Чтобы избежать шведской тюрьмы, Джулиан сбежал в Великобританию. Однако в декабре 2010 года его задержали в Лондоне по запросу правоохранителей Швеции. Правда, потом отпустили под залог в 240 тысяч фунтов.

– Джулиан Ассанж – герой, сражавшийся на нашей стороне, на стороне народа, против заговора спецслужбистов, – считает Исраэль Шамир. – Он вел программу на RT, с симпатией относился к России, понимал, что Москва защищает слабых и уязвимых. Он посоветовал Сноудену бежать в Москву и даже послал свою помощницу, чтобы провести агента этим трудным путем.

– Так почему же тогда он сам не приехал в Россию?

– Он был в России несколько раз, но как турист, совсем недолго, – рассказывает Исраэль. – Может, не видел необходимости просить убежища? Он же хотел продолжать свою деятельность, а у нас в России не принято, чтобы диссиденты из других стран выражали свое мнение... И я не понимаю, почему мы не даем им слово. Ведь наши диссиденты, сбежавшие на Запад, открыто заявляют свою позицию.

В феврале 2011 года британский суд все-таки решил, что основателя WikiLeaks надо выдать шведским властям. Ассанж укрылся в посольстве Эквадора в Лондоне, а вскоре получил и гражданство.

Проблемное наследство

Злые языки поговаривают, что за время семилетнего заточения в стенах эквадорского посольства Ассанж буквально начал сходить с ума. Его бывшие охранники рассказали El Pais, что он катался по коридору на скейтборде, оставлял грязной ванную и мало заботился о личной гигиене. Министр внутренних дел Эквадора Мария Паула Ромо заявила, будто Ассанж «пачкал экскрементами стены в посольстве».

– Я знаю Джулиана как очень уравновешенного и спокойного человека, – не верит в сумасшествие Ассанжа Исраэль. – Он не шумный, не крикливый, погруженный в свой мир.

С 2012 по 2017 год «затворника» охраняла компания UC Global. Она зарегистрирована в Испании, но имела связи с эквадорскими спецслужбами. Охранную компанию отстранили, когда президентом Эквадора вместо Рафаэля Корреа стал Ленин Морено. Он взял курс на улучшение отношений с США и Великобританией, называя Ассанжа «наследственной проблемой».

Вскоре в игру, главным призом которой был основатель WikiLeaks, вступила Америка. В ноябре 2018 года стало известно, что в США Ассанжу предъявлены обвинения в шпионаже, по которым ему может грозить смертная казнь.

Ленин Морено недолго разбирался с «проблемой»: под предлогом, что Джулиан вел себя в посольстве не как гость, а как хозяин, 11 апреля отказал основателю WikiLeaks в убежище и передал в руки британской полиции. Сразу после этого США потребовали от британских властей передать «трофей» им. 

2 мая суд Великобритании дал Америке 65 дней, чтобы юридически обосновать запрос на экстрадицию Ассанжа. И вполне вероятно, что запрос будет выполнен. Но, по мнению актрисы Памелы Андерсон, которая вместе с главным редактором WikiLeaks первой навестила Джулиана в тюрьме, у него «нет никаких шансов» выдержать экстрадицию: «Я не думаю, что он выживет».