ГАИ снова рулит

В 1998 году, обосновывая прошлое переименование, авторы инициативы считали, что название ГИБДД более точно отражает суть деятельности ведомства и позволит оставить в прошлом зачастую негативное отношение населения к ГАИ. Чем аргументируют сейчас?

Государственную инспекцию безопасности дорожного движения переименовали обратно в ГАИ. Об этом официально заявил глава ведомства Михаил Черников, выступая в общественном совете при МВД России. Он же намекнул и на возможность обратного переименования полиции в милицию. Но тут уже без подробностей. Business FM спросила у экспертов, что это было и стоит ли останавливаться на ГИБДД и полиции или переименовать можно и нужно что-то еще?

Что касается переименования ГИБДД обратно в ГАИ, то здесь опрошенные Business FM эксперты и сочувствующие только рады. Ведь за 25 лет существования Государственной инспекции безопасности дорожного движения в народе и в языке гаишники так и не стали гибэдэдэшниками. Потому что это даже выговорить тяжело. Да и непонятно, зачем выговаривать, когда все понимают, что речь идет о гаишниках, гайцах, гаерах и так далее. При всем уважении. Тогда, в далеком 1998-м, авторы инициативы переименования считали, что название ГИБДД более точно отражает суть деятельности ведомства и позволит оставить в прошлом зачастую негативное отношение населения к ГАИ. Руководитель общественной системы «Обеспечение безопасности дорожного движения», член общественного совета МВД России по городу Москве Константин Крохмаль рад возвращению ГАИ, но уверен, что цели были достигнуты не все:

«Ничего не поменяется. Ну, поменяют на Госавтоинспекцию — хорошо, молодцы, вернули название. Дальше что? От этого будет лучше на дорогах, меньше будут взятки брать? Будет безопасность лучше? Меньше пьяных на дорогах будет? Меньше ДТП, аварий, меньше вот этих ДТП со смертельным исходом с электросамокатами и так далее? Посмотрим, надеюсь, что это будет. Но я, честно, говоря, в это не верю. Я считаю, что вместо переименований, которые я приветствую, лучше бы занялись действительно прямой непосредственной обязанностью — обеспечением безопасности на дороге граждан. А вот это все уже вторично».

Но уху ГАИ все равно приятнее, заявил общественник. И если не занудствовать на тему того, что процесс обратного переименования стоит денег (форма, удостоверения, бланки, таблички, машины, а ребрендинг милиции в начале 2010-х годов году обошелся бюджету в два миллиарда рублей), то можно предположить, что и на ГАИ процесс не остановится. На очереди, возможно, милиция, а там и до городовых недалеко. Таков тренд. И некоторые лингвисты считают, что останавливаться тут не стоит. Комментирует доктор филологических наук, профессор Анатолий Баранов:

«Эти сокращения очень неудачны. Все они неудачны. Надо, конечно, фонетически упрощать, но это уже, понимаете, вне сферы компетенции лингвистов, поскольку когда это придумывается, то никто, как я понимаю, никакого совета лингвистов не спрашивает. Ну вот, сделали новую классификацию и ее насильно ввели, не спрашивая никого. Так сказать, сами придумали, сами реализовали. Но, конечно, с точки зрения легкости использования языка они требуют упрощения. Я бы их все поменял, потому что они все неудачные. Вот эти вот там ГБУ — государственное бюджетное учреждение такое-то — выглядит чудовищно».

Ведь ребенка приятнее отправить в музыкальную школу, а не в МУДО — муниципальное учреждение дополнительного образования. И идти он туда может просто из школы с номером, а не из МБОУ СОШ.

Иногда, когда смотришь на указатели на улицах или на таблички на административных зданиях, забываешь, зачем ты сюда пришел, потому что не понимаешь, где ты. Как понять, если на входе написано: «Филиал ФГБУ ЦЖКУ по ЗВО ЖЭ(К)О» или «ПЦО МОВО по ВАО ФГКУ УВО ВНГ»? Кажется, что на эти таблички кто-то просто чихнул русским алфавитом. Но с этого дня в русском языке мы хотя бы перестали заниматься гибэдэдизмом.